C:\Users\Henry\AppData\Local\Temp\F3TB8F9.tmp\ru_index1.tpl.php Санкт-Петербургский бал-маскарад / Эпоха возрождения


Эпоха Возрождения - это вершина, с которой мы обозреваем мировую культуру в развитии, с жизнью и творчеством знаменитых поэтов, художников, мыслителей, писателей, композиторов, с описанием выдающихся созданий искусства.
Новости Города мира, природа. Дневник писателя. Проза Лирика Поэмы Собрание сочинений Приложения. Галерея МОДЕРН_КЛАССИКА контакты
В истории человечества не было веков без вспышек ренессансных явлений.
Опыты по эстетике ренессансных эпох,
а также
мыслителей, поэтов
и художников.
Ход мировой
истории под знаком Русского
Ренессанса.
Драмы и киносценарии о ренессансных
эпохах и личностях.
Стихи о любви
Все о любви. Стихи и эссе. Классика и современность.

 

 

Санкт-Петербургский бал-маскарад

                         Драматическая поэма

ПРЕДИСЛОВИЕ
Идея Санкт-Петербургского карнавала нашла свое воплощение, совершенно неожиданно для меня, как бал-маскарад в форме драматической поэмы, которую легко превратить в киносценарий, с действием по всему свету во времени и пространстве, с главным героем, имя которого далеко неоднозначно воспринимают в мире христианском. Люцифер в русской философской традиции представляет исторический процесс, двусмысленный, временный, с христианской точки зрения, но это и есть человеческая цивилизация в ее развитии, с высшими достижениями в сфере искусства и техники.
Или все проще. Санкт-Петербург. В театрах города идут спектакли и концерты в рамках Фестиваля «Белые ночи», транслируемые на весь мир. Туда мы не заглянем, а примем участие просто в прогулках по городу, столь памятных по красоте его улиц, мостов и каналов и сокровищниц мирового искусства. По сути, это непрерывное карнавальное шествие по улицам города и его окрестностям, как в Венеции или Риме.

              ПРОЛОГ
         (слышен голос поэта)
Герой мой вновь явился предо мною,
То юн, то молод, то как птицы тень,
Спускающейся вниз с небес на землю,
Божественной осанкою предивный.
Его земное имя Леонард.
Он в мире горнем ангел лучезарный,
Прослывши в мире дольнем Сатаной, -
Свет назван тьмой, сверкающей, как солнце,
Чья сущность неизменна и в ночи,
И в час затменья в яркий полдень,
Лишь на Земле тревога и смятенье
Рождают суеверья и знаменья.

Один как Дух, другой как человек, -
Таков поэт, живущий средь людей
Один, тоскуя, весь в полетах мысли...
Герой в двух лицах, как актер на сцене,
Прообраз человека и лицо
Живое, с кровью, льющейся со стуком...
Театр и жизнь, и сцена бытия
Земного в бездне звезд неисчислимых.


КАРТИНА ПЕРВАЯ

Виды Павловского парка под Петербургом, переходящие в луга и перелески вдоль прудов и лес с березовыми рощами, или настоящий сосновый, с дубовой рощей, в которой обосновались Музы во главе с Аполлоном. У амфитеатра на склоне лужайки, с колоннами (павильона для киносъемок) мелькают фигурки нимф и сатиров, за ними наблюдают через пруд публика и ряженые, среди которых можно узнать персонажей мифов и истории.
Нимфа с сатиром встают, как в известной скульптурной группе, очевидно, изображая живую картину, для части публики весьма нескромную. Неведомо откуда проносится голос.

        ГОЛОС ПОЭТА
Она стоит, беспечна и умна,
Как моря утренняя тишина,
С улыбкой утаенного привета,
В сиянье влажном света...
А на нее уставился сатир,
В рогах, с копытцами, в шерсти,
Он весь открыт и руку тянет
К слегка прикрытой ею тайне.
Ужели здесь свиданье? Нет.
У нимфы красоты - на целый свет,
Столь совершенна, как богиня,
Киприда ей скорее имя.
Она явилась в наши сны,
Волшебные во дни весны.

Показываются девушка неописуемой красоты и юноша, несколько похожий на сатира, из их обращений друг к другу становится ясно, что это Психея и Эрот (а не просто Амур, как у Апулея).

             ПСИХЕЯ
Эрот! Ты ковыляешь, как сатир,
Я думаю, нарочно. Вдруг обидишь
Сатира, что стоит с прекрасной нимфой?
              ЭРОТ
Я из сочувствия, не ради смеха.
Ведь нимфа столь прекрасна…
            ПСИХЕЯ
                                                  Как богиня?
              ЭРОТ
Богиня, да! Киприда и Адонис
На бал явились нимфой и сатиром?
Нет, лучше разыграют миф о них,
И с ними мы окажемся на Кипре,
Когда царили боги на Олимпе
И музы с Фебом в рощах Геликона.
О, музы! Вы сойдете ныне к нам
На празднество любителей искусств!

Хор муз выходит на луг, проступают отчетливо Терпсихора, Каллиопа и Клио.

           ХОР МУЗ
      (с плясками, все вместе и отдельными голосами)
Адонис, сын царя на Кипре,
Охотой увлекаясь, рос,
Бродил по чащам и ущельям,
Карабкался по горным кручам,
Как козлы вслед за козами
К вершинам гор устремлены.
Что гонит их? Любовь, конечно.
Адонис в страсти пылкой нес
Им смерть и горькую разлуку -
На торжество себе на миг.
Добро бы по нужде, как житель
Окрестных сел, иль был жесток,
Урод, обиженный судьбой,
Чья страсть - лишь упиваться кровью.

     Нимфа и сатир предстают как Афродита и Адонис, разыгрывая все то, о чем идет речь.

Адонис, сын царя, был славен
Такой чудесной красотою,
Что даже у богов Олимпа
Его прекрасней не нашлось бы,
Как убедилась Афродита,
Приметив юношу на Кипре,
Куда сходила искупаться,
Как заново родиться в море.

Как Артемида, и она
К охоте пристрастилась тоже,
С Адонисом сходясь в лесах
Пастушкой, простодушно смелой,
Иль нимфой, чудно обнаженной,
Или Харитой с красотою
Божественной, что Афродита.

Нет, это сон, пустые грезы!
Адонис от друзей бежит
И в роще предается ласкам
В фантазиях своих, как в яви,
Пастушки, нимфы иль Хариты,
Прекрасней девушек стократ.
Друзья все поняли: влюблен!
В кого же? Выследить нетрудно.

Хор муз удаляется вслед за Адонисом и нимфой.
У амфитеатра показывается грек в шлеме с гетерой, облик которых мы узнаем по бюстам, становится ясно, это Перикл и Аспазия.

              АСПАЗИЯ
Перикл! Куда мы забрели с тобой?
Еще заблудимся.
               ПЕРИКЛ
                               В родных краях?
             АСПАЗИЯ
Да, это павильон для киносъемок!
               ПЕРИКЛ
Элизиум! Здесь тени оживают,
И мы с тобой на сцене бытия,
Вся наша жизнь восходит вновь и вновь.
             АСПАЗИЯ
Всего дороже мне – теперь я знаю –
Ты ни за что не угадаешь, милый!
Сказать? Любовь стратега, олимпийца,
С прозванием в насмешку и всерьез,
Во всем величии, как воин в шлеме.
              ПЕРИКЛ
Любовь к гетере милой и премудрой?
И мне она всего дороже!
            АСПАЗИЯ
                                            Славы
Твоей в веках?
              ПЕРИКЛ
                           И славы, и бессмертья.
Любовь, источник всех моих дерзаний,
Она была со мною в жизни счастьем,
Она со мною в смерти утешенье,
Как сон на корабле, весь в звуках волн
И неба до предгорий и Олимпа.

            ХОР МУЗ
        (выходит к лужайке перед неким строением)
Он в домике лесном укрылся.
Свиданье? С кем? Дождались утра.
Адонис вышел, вслед за ним
Полунагая женщина
В сияньи красоты небесной!
Казалось, он сердит, напуган,
Она ж и плачет, и смеется,
Прекрасна восхитительно:
Плечо и груди, и живот
Пленительно стройны и нежны;
Продолговато туловище,
Овал изящных очертаний,
И складно-стройны, тонки ножки, -
По стати женственность сама,
Богиня красоты! Любви!

И спор влюбленных среди гор,
В лазури неба, далей моря,
Как эхом, разнеслось:…
          АФРОДИТА
                                     Адонис!
Обмана не было. Зачем бы
Я утаила, кто же я?
Одна такая я на свете
И красотою, и в любви,
И в том мое предназначенье.
            АДОНИС
Богиня ты,  а я лишь смертный.
Что для тебя любовь и счастье,
Для смертного потеря силы,
Что гибелью грозит ему.
          АФРОДИТА
Нет, нет, Адонис, ты не бойся!
В моей любви угрозы нет.
В любви моей - твое бессмертье,
Как в красоте твоей всесветной,
Привлекшей сердце Афродиты.
              АДОНИС
Влюблен, любим самой богиней,
Из смертных счастливейший я!
Но мне пора, друзья заждались.
Охота мне желанна ныне,
Как отдых, сон, еда и бег,
Чтоб с новой силой Афродите
Служить и жить во славу ей!
           АФРОДИТА
Прекрасно, милый! Жду тебя
В пещере нимф, где пир устроим:
Я буду нимфой, ты сатиром
На празднестве в честь Афродиты.
            АДОНИС
          (с усмешкой)
Сатиром не хочу я быть!
Я человек и сил моих
Хватает мне тебя любить
Всегда, везде и на охоте,
Во сне и наяву, как с детства
Тобою грезил, красотою
Влеком к любви и к совершенству.
          АФРОДИТА
О чем я говорю? До встречи!

     Смеясь, простилась Афродита.

           ХОР МУЗ
     (в телодвижениях, полных сочувствия друзьям Адониса)
Друзья Адониса в испуге:
Сама богиня Афродита?!
Прелестней женщины на свете
Не видел смертный; это счастье
Как вынести, когда не сон,
Не статуя, не Галатея,
Живая, во плоти чудесной,
Что лицезреть, как быть сраженным
До смерти стрелами Эрота!
     (С усмешкой, не без смеха.)
Друзья Адониса не верят
Тому, что видели они
И слышали здесь, как со сцены
На склоне гор, и рассмеялись,
Как если б он их разыграл
С возлюбленной, сродни богине
По лучезарной красоте.
Адонис понял их: тем лучше!
Расхохотался пуще всех.
Так весело заторопились
Друзья пуститься на охоту.
     (Оглядываясь в окрест.)
Меж тем богиня умоляет
Скорее Гелиоса мчаться
По небу, вся обнажена,
Купаясь в море, как любви
Служа всего живого в мире.
Стремительно неслись дельфины,
Тритоны в раковины дули,
Всплывали в танце нереиды
И в небе проступали боги,
Подглядывая за богиней,
Еще бы, зрелище из зрелищ.
И море млело, острова
Сияли солнечной истомой,
И люди, тишиной объяты,
Дышали негою любви.
   (В танцевальных движениях.)
Послеполуденные сны -
Расслабленность, с утратой силы,
Чтоб к ночи пробудиться вновь,
Когда вся жизнь - как ночь любви.
Адонис у пещеры нимф
С дарами нимфам, как влюбленный.
Здесь никого. А где же пир?
К нему выходит Афродита,
Нагая нимфа и богиня,
А с нею он сатир двурогий,
С копытцами, в шерсти по пояс.
             АДОНИС
Зачем причуды?
           АФРОДИТА
                             Ты охотник.
Уж такова твоя природа.
Есть объясненье. То, что отнял
Ты у зверей, твоим ведь стало.
            АДОНИС
О, нет! Я человек! Им буду,
Иначе как любить тебя,
Мне, козлоногому сатиру?
           АФРОДИТА
Как любишь ты, так и люби!
        (Рассмеявшись.)
В каком обличье ты предстанешь,
Лягушки или кабана,
Любовь - стремленье к красоте,
Ну, с обладаньем для зачатья,
Когда ты муж, а как творец
Творишь ты жизнь во красоте,
И лишь тогда ты человек!
            АДОНИС
       (вскрикивает недовольно)
Я - царский сын, не человек?!
          АФРОДИТА
Пока охотой занят весь,
Забаву находя в убийстве,
Ты в лучшем случае сатир,
Влюбленный в нимфу...
             АДОНИС
                                       В Афродиту,
Когда здесь нет обмана нимфы.
  (Взмолился юноша в сердцах.)
Я ухожу!
           АФРОДИТА
                  Давай. Сатиром
Поскачешь во дворец царя?
              АДОНИС
Ты ведьма! Лучше кинусь в море!
           АФРОДИТА
Не понимаешь шуток, милый!

            ХОР МУЗ
Смеясь, прильнула Афродита
К Адонису, представшем вновь
Во цвете красоты весенней,
Сложенья милого для глаз.
В пещере нимф они сокрылись.
И ночь взошла, от звезд светла!

     В пещере нимф у источника на ложе из звериных шкур видны лишь лица с сиянием глаз и слышны голоса.

          АФРОДИТА
Когда люблю я, Афродита,
Люблю, как женщина простая,
Без ухищрений отдаюсь...
Целуй меня, мое волненье
Твое усилит возбужденье;
Но не спеши, люби всем телом,
Сплетая руки вкруг и вдоль,
И тож ногами, как в борьбе;
И фаллос, пусть целуясь, входит,
Вот так, вот так, уже умеешь,
И слаще мне и всей природе,
Всем тварям, людям и богам!
           АДОНИС
А мне всех слаще, о, богиня!

          ХОР МУЗ
Адонис весь в пылу охоты
Спешит с холма на холм губами,
Глотая сладость нежной плоти;
Руками, как Пигмалион,
Изгибы нежные богини
Он познает, изнемогая
От наслаждений красотою,
Что вьется грацией любви
Вокруг него самозабвенно.

Его усилья - в радость ей!
Он горд, вступая в поединок,
Едва закончив, вновь и вновь,
Из уст любви он пьет любовь,
Весь упиваясь красотою,
Счастливый юностью своей.

          АФРОДИТА
Постой! Ну, хватит! Разошелся.
       (С грустью.)
Любовь лишь множит силы мне
И возвращает юность тела.
Тебе же, милый, нужен сон,
Коль хочешь снова на охоту.
            АДОНИС
Ах, да! Забылся совершенно.
Я сам просил друзей собраться
На кабана...
          АФРОДИТА
     (В испуге вздрогнув.)
                      На кабана?!
Опасно! Красота твоя
Недолго будет цвесть - на радость
И мне, и людям, и богам.
Зачем же жизнью рисковать
Забавы ради и жестокой?
           АДОНИС
Таков обычай у людей.
Случись война, я буду воин
И первым должен быть повсюду
Как сын царя иль завтра царь.
(Вскочил уж на ноги Адонис.)
          АФРОДИТА
Куда? Еще темно. Успеешь
Вздремнуть в моих объятьях тихо.
            АДОНИС
Темно здесь, а в соседнем гроте
Вода зарею осветилась.
Пора!
           АФРОДИТА
            А встретимся когда?
В тревоге пребывать я буду
Весь день. И лучше здесь останусь,
А на Олимпе не дождутся.

            ХОР МУЗ
Прощальных поцелуев сладость
Адониса не удержала.
Когда ж он вышел из пещеры,
Над морем просияло солнце;
Со склонов гор звучал рожок
И флейта вторила ему.
Уж чувствовался зной в прохладе
Предчувствием событий дня,
Счастливых или роковых.

Пещера нимф исчезает; публика теряет из виду Адониса. В павильоне из колонн привлекает внимание всех изваяние из белоснежного мрамора, слегка окрашенного в телесный цвет, с окрашенными очами, которые светятся, как живые. Вне всякого сомнения, это одно из чудес света древности Афродита Книдская. Но мы-то в ней узнаем Венеру Таврическую из Эрмитажа во всей свежести паросского мрамора и ослепительной красоте богини, с цельными руками, исполненными изящества и грации, как и ее ноги
У подножия статуи останавливаются Пракситель и Фрина, как становится ясно из их обращений между собою. Они в возрасте, скульптор, столь загорелый, словно отлит из бронзы, с щетиной седеющей бородки; гетера выглядит, как женщина со следами былой красоты.

         ГОЛОС ПОЭТА
Я снова у подножия богини;
Безмолвный, я пою ей гимны
Из детских сновидений и мечты
    Пред тайной красоты,
    Что нас влечет, как песня.
В стыдливой наготе своей прелестна,
    Богиня слышит звуки с гор,
Куда и обращает дивный взор.
У моря, у небес укромна местность,
    Как в детстве, и сияет вечность,
И мир старинный полон новизны,
    Как в первый день весны.
    Здесь тайна древних - в изваяньи
Предстало вдруг божественное в яви!

             ФРИНА
Поверить не могу, что это я!
         ПРАКСИТЕЛЬ
А я тебя и вижу, как тогда,
Когда впервые я тебя увидел,
Гетеру как богиню красоты
Без пеплоса, в прекрасной наготе,
В чем вся отрада бытия и счастья!
             ФРИНА
А возраст мой? Его не замечаешь?
         ПРАКСИТЕЛЬ
Черты твои из юности я вижу,
Поскольку чту, по-прежнему люблю.
              ФРИНА
         (вся засветившись, предстает совсем еще юной)
Я лет своих не чувствую с тобой.

         ГОЛОС ПОЭТА
Чудесна Фрина красотой девичьей,
Без ложной скромности смеясь: дивитесь!
Ну, как не радоваться мне
Моей любви, моей весне?
А туловище женственно на диво,
Как и живот, таит в себе стыдливо
Желаний льющуюся кровь,
Истому неги и любовь.
И поступь легкая изящных ножек
На загляденье выражает то же.
И грудей нет милей, как розы куст,
И нежный, бесподобный бюст,
Увенчанный пленительной головкой
Со взором вдаль, с улыбкой нежно-гордой.

      У рощи показывается Хор муз.

          ХОР МУЗ
Сошлись друзья в дубовой роще.
Адониса не видно. Где он?
Небось опять у Афродиты
Блаженствовал и где-то спит.

Он спал действительно тут рядом,
Откуда ждали кабанов
На запах мяса или рыбы
И прошлогодних желудей.
Он спал, витая в сновиденьях,
С сознанием, что все во сне:
Явленье нимфы-Афродиты,
И обольщенье, и любовь,
И тут кабан свирепый скачет,
И прямо на него несется,
А он стрелу достать не может,
С копьем бы выйти - нет его.
Он беззащитен перед зверем,
Косматым, яростным, как буря.

Но это происходит в яви!
Друзья все видят. Что он медлит?
Вскочить на дерево успел бы,
Проворный в беге и в прыжках.
А он от страха словно замер...
Иль смелым слыл в кругу друзей,
Один же выйти не решиться,
С надеждой мимо вдруг промчится?

Увы! Промчался было мимо
Косматый зверь и как споткнулся,
Учуя веянья любви
И амброзийной женской плоти,
И крови поцелуйных ласк,
Что для него, как знак к свирепству.
Пронзив Адониса клыками
И завертев над головой,
Кабан отбросил тело наземь
И, как в испуге, убежал.

Затихло все, как перед бурей,
Сокрылось солнце, словно ночь
Уж опустилась, как в затменье.
Друзья Адониса, погнавшись
За кабаном, как заблудились,
И тело друга где-то ищут.

Меж тем бежала Афродита
По склону гор к дубовой роще,
Одетая едва, босая,
И ножки дивные в крови,
В слезах богиня, с нею нимфы,
И плачет лес, и небо в тучах.

Лужайка убрана цветами.
Адонис мертв, надежды нет;
Она его не сберегла,
Не отвратила от охоты;
Сама за ним в лесах укрылась,
Как нимфа юная, вакханка,
Дионисийских празднеств чудо.

Незрелой юности любовь
Невинна, трепетна до дрожи,
Да с красотой, к любви влекущей,
Как песнопения поэтов.
В слезах призналась Афродита:
Замучила своей любовью
Красавца-юношу до смерти.

Любовь и будет сладким счастьем,
Когда и лучше не бывает,
Но взлет на крыльях наслаждений,
Как озарений для поэтов,
Несет падение и смерть, -
С бессмертием любви в веках.

По заклинаньям Афродиты,
Повсюду, где упала кровь
Из ран Адониса на землю,
Цветы пробились, анемоны;
И также, где упали капли
С прелестных ножек Афродиты,
Взошли цветы, их нет чудесней:
То розы, алые, как кровь,
Во красоте сама любовь.

      Публика, пребывая словно в трансе, бродит вокруг изваяний Муз и Аполлона.


КАРТИНА ВТОРАЯ

Царское Село. Екатерининский парк. За озером кирпичное строение Адмиралтейства, которое в ночи с соответствующим освещением проступает как чертог Люцифера. У павильона у самой воды (Грот) среди публики в современных и маскарадных костюмах выступает Хор женщин.

           ХОР ЖЕНЩИН
       (в платьях монахинь, все вместе или отдельными голосами)
В горах высоких замок Люцифера
Сияет на заре, как ледники,
Игрою света затмевая Рай,
Цветущий луг и сад благоуханный,
С тропинками в глубокое ущелье
Чистилища и Ада в глубине.
Здесь горний мир и дольний проступают
На стыке дня и ночи на мгновенья,
И он то здесь, то там, то небожитель,
То человек как ангел совершенный,
Но совершенный в жизни одинок.
   
               ЭЛИС
Он одинок, поскольку заточен
За прегрешенья пред людьми и Богом,
За совращенье Евы и Адама?
             ДИОТИМА
       (предводительница Хора)
То сказка, и обидная для Бога,
Который все предвидел и творил
И ангелов, поднявших бунт нелепый,
И Землю с флорой, фауной, а также
Адама с Евой из его ребра,
Взрастив запретный плод в Эдеме, чтобы
Грехопадение верней свершилось,
С изгнаньем из Эдема в дольний мир,
Что есть Земля, планета среди звезд.
               ЭЛИС
Здесь сказке и конец?
             ДИОТИМА
                                  Есть в сказках смысл!
С явленьем Люцифера род людской
Постиг себя, свой разум для познанья
Природы и ремесел, - что ж плохого
Он сотворил?
               ЭЛИС
                        Как Прометей у греков,
Похитил он огонь и отдал людям,
Он научил их грамоте, ремеслам,
И человек возжаждал красоты,
С расцветом мысли и искусств в Элладе?
             ДИОТИМА
Но христиане с варварами вкупе
Сей мир прекрасный превратили в прах,
И он затмил свет солнца, зелень луга,
Лазурь небес и моря, звезд сиянье, -
Всю красоту природы в юдоль скорби
В стенаньях и молитвах превратили,
И в ожиданьи Страшного суда
Творили суд над ближними такой,
Что мир опустошенный погрузился
Во тьму веков, как в адовых глубинах,
Где Люцифер во льду сиял звездой.
               ЭЛИС
А были правы? Можно усомниться.
Пора и с клеветой на Люцифера
Нам разобраться, что идет откуда.
             ДЖУЛИЯ
А что? Его и надо расспросить,
Из первых уст услышать обо всем,
О чем наговорили всуе столько,
Что доле это выносить нельзя.

Осведомленный о желаньи женщин,
Явился Люцифер без церемоний,
В тоске всегдашней, одинок, угрюм,
В полетах пребывающий повсюду
Во времени, так и в пространстве там,
И здесь, томясь отчаяньем до муки.

            ДИОТИМА
Как ангелы восстали против Бога,
Верховного владыки во Вселенной?
           ЛЮЦИФЕР
Никак! Бунт поднимают лишь рабы.
Бывало то ведь только на земле,
О чем воспели как о событьях неба,
Все исказивши по мечте о Рае,
Как снятся детям яства и плоды...
          ХОР ЖЕНЩИН
Не только детям... Повелось от века:
Жизнь голодна, и аппетит нас гложет,
То пищи жаждем, и питья, и секса,
А пуще жаждем мы любви, как счастья,
Неведомого счастья на Земле.
            ЛЮЦИФЕР
Сама Земля, возникшая из пепла
Потухших звезд, вся в зелени, Эдем.
И человек в неведенье своем,
Как всякий зверь и птица, счастлив был,
Пока тепло, пока хватало пищи,
Пока случаться удавалось всласть,
Не ведая о смерти, в миг исчезнуть, -
Вот счастие Эдема. До зимы,
До ливней или засухи, когда Эдем -
Пустыня огненная, Ад кромешный, -
Да  тут, уж верно, лучше и не ведать,
Что зло и что добро, что уготовил
Небесный царь, иначе ведь восстанье
Бесчисленных рабов, прозревших вдруг.
А что касается Адама с Евой,
По Библии, а есть другие книги,
Вкусить им счастье удалось сполна, -
В том весь и грех? Нет, в том премудрость вся!
          ХОР ЖЕНЩИН
Так вы как дьявол соблазнили Еву?
            ЛЮЦИФЕР
Любуясь девушкой нагой, как нимфа,
Она остановилась у пещеры,
Смутил ее до смеха и до слез,
Так Ева устыдилась наготы,
Она прикрылась от меня руками,
Как Афродита, хороша собой
И сознавая это с торжеством,
Наивна и прекрасна, как цветок.
         (Словно усомнившись.)
Бог создал женщину, допустим, но...
           ДИОТИМА
Какое «но» тут может быть еще?
           ЛЮЦИФЕР
Еще какое! Я заметил в Еве,
Что Бога не прельщало, ибо он
Адаму создал пару, как животным,
Ну, ясно, для деторожденья твари.
В Эдеме размножались твари, с ними
И люди, вознося молитвы к Богу.
Любите лишь его и восхваляйте!
Когда и ангелам наскучили псалмы.
А Ева привлекла мое вниманье,
В глазах ее мелькнуло любопытство,
С улыбкой робкой и веселой вдруг,
Дикарка обернулась нежной нимфой,
Пугливой и стыдливой до озноба;
Самой себя она не узнавала
Во зеркалах источников Эдема;
Пришлось помочь слегка ей приодеться,
С чем прелесть женская лишь возросла.
Взлелеял в женщине я красоту,
Стремление к которой есть любовь!
             ДИОТИМА
Ах, вот за что подвергся он гоненьям!
              ЭЛИС
Но Ева - прародительница наша?
           ЛЮЦИФЕР
У христиан. Но жизнь цвела задолго
До христиан несчастных и гонимых.
И жизнь какая! Человек восславил
Богов своих,  могучих и прекрасных,
Во всем подобных людям, лишь бессмертных,
Живущих на Олимпе, в поднебесье...
И красота царила на Земле!      
    (Уносится, а с ним и Хор женщин.)

И Люцифер вознесся в поднебесье.
Звездою утренней, Звездой вечерней
Он был замечен; прозванный Денницей,
Прослыл он Сыном также и Зари,
Он первенец творенья, весь из света,
Он сын Венеры, как зовут Звезду,
Он просиял во славе - Люцифер!

          ХОР ЖЕНЩИН
   (едва переводя дыхание, с изумлением)
Где мы? Мы вновь выходим здесь на сцену?
Когда переодеться мы успели?
Повеяло прохладой и теплом...
Мы в легких одеяньях. Иль без оных!
Как изваянья женщин? Мы в Элладе!
У моря мы... Собрались искупаться?

Смотрите! Из воды в сияньи неба
Выходит женщина с фигурой дивной,
Столь стройно-нежной, статной, легконогой,
Что образ узнаваем: Афродита
Из Книда! Значит, это наша Жаба?
Прекраснейшая из творений Фрина!
Во Книде в павильоне ей стоять
Как чудо света в ойкумене, здесь же
Любуемся ею мы живою,
Злословя, даже до суда дошло:
В нечестьи обвинить пытались Фрину,
В которой - в изваянии во Книде -
Себя узнала, слышно, Афродита.

На золотой песок выходит Фрина...
Толпа сбегается - и стар и млад -
Все в восхищении, в немом восторге,
Не смея ближе подойти, как в страхе
Перед самой богиней Афродитой.
И светел небосвод с лазурью моря,
Как в дни могущества Афин и славы,
Лишь красота Эллады все цветет.
И с нею жизнь нетленна и предвечна!

            ЛЮЦИФЕР
     (спускаясь неведомо откуда)
О, зрелище! Из песнопений древних…
          ХОР ЖЕНЩИН
         (словно в испуге)
Мы в туниках, мы женщины Эллады,
Но мы на стенах Трои, осажденной
Ахейским войском... Пленницы ли мы?
             ЭЛИС
Нет, мы, несчастные в чужой стране,
С Еленой прибыли, прислужницы
Царицы, с похищением ее...
           ДИОТИМА
Иль с бегством не без козней Афродиты,
Парису обещавшей за признанье
Прекраснейшей ее из трех богинь
Прекраснейшую среди смертных в жены,
Спартанскую царицу, красотой
Которой возгордилась вся Эллада!
И греки взялись за оружие
За красоту Елены и честь Эллады,
За красоту, основу мирозданья,
Что расшатать горазды сами боги.

          ХОР ЖЕНЩИН
Со стен высоких наблюдают старцы
Сражения ахеян и троянцев,
С участием невидимых богов.
Вот весть пришла: назначен поединок,
Разумный самый после стольких битв,
Париса с Менелаем за Елену:
Принадлежать ей победителю.
Вдруг старцы оглянулись и притихли,
Как солнцем, ослепленные сияньем
И прелести, и грации Елены,
Представшей во смущеньи лучезарней,
Недаром с кровью Зевса родилась.
И старцы осудить ее не смели,
Подобную богиням в красоте,
За бедствия войны, столь долголетней;
Но, столь прекрасная, пусть возвратится
В Элладу, удалит от Трои беды.
            ЛЮЦИФЕР
   (словно пролетая над полем битвы)
Сразились Менелай, муж оскорбленный,
С Парисом, гостем вероломным, пусть
В его судьбу вмешалась Афродита,
В игре тщеславья женщина, как есть.
За Менелаем Правда, у Париса
Обман и счастие любви Елены,
Страсть, сокрушающая мужество, -
Ему и пасть, и смерть ему желанна,
Коль скоро Троя будет спасена.

          ХОР ЖЕНЩИН
Но в небе появилась Афродита,
Сошла на землю, видима Парису,
Невидима другими, повелела
Оставить поединок, для него
Опасный; прячет в облако и с ним
Является к Елене, чтобы с нею
Парис возлег на ложе сна и счастья,
Позорно избежавши ложа смерти.
            ДЖУЛИЯ
Елена и Парис удручены,
Но как от жизни и любви безумной
Им отказаться, пусть в слезах стеная,
С весельем сладостным изнемогая,
О чем всегда хлопочет Афродита

         ГОЛОС ПОЭТА
И Люцифер вознесся ввысь
Стремительно, как свет и мысль.
Он снова юн, среди богов Олимпа,
Сатир, которого боится нимфа,
Вся в вскриках и улыбке рот,
     Дионис или сам Эрот,
Сынишка славный Афродиты,
Плющом цветущим весь увитый.
     Печален и угрюм,
С самим собой не спрячешь ум.
     Гоним и оклеветан,
     Он не находит места.
Земля в воздушном шаре голубом.
Наш мир чудесный и наш дом.

Екатерининский парк. Хор женщин у павильона у самой воды, в которой погружен чертог Люцифера.

            ДИОТИМА
       (с возвращением к исходной теме)
Эдем! Эдем! Да это ж монастырь,
С молитвами три раза в день и больше
И с тайною зачатья без греха,
Когда неведомо, имел кто Еву,
И кто отец двух братьев, невзлюбивших
Друг друга до убийства, - в том ли счастье
Эдема с древами познанья, жизни,
С виной грехопаденья, как в насмешку?
С изгнанием на землю, где весной
Цветет благоухающий Эдем.
Но наг и обездолен человек,
Один из тварей он гоним и проклят,
А вся вина его - любовь и счастье,
Блаженство вековечное Эдема.
С ним оклеветан Люцифер навеки
Как совратитель Евы и Адама,
Познавших первую любовь у трона
На зависть ангельскому воинству,
Зардевшему от смутных мук Эрота,
И ропот прокатился в небесах:
Зачем бесполыми он создал их,
Когда любовь - слиянье душ и тел
От неги сладкой до изнеможденья?!

            ХОР ЖЕНЩИН
В раскатах грома небо содрогнулось.
Что это? Бог проснулся ото сна.

     Мы видим в поднебесье Господа Бога в окружении архангелов.

             ГАВРИИЛ
В Эдеме Ева и Адам спознались!
(Архангел Гавриил воскликнул гневно.)
                БОГ
Что за беда? Как муж жену имеет,
Случаются и звери для потомства.
(Заметил Господь Бог не без усмешки.)
             ГАВРИИЛ
Да, но... они спознались по любви,
Вкусив запретный плод, со сладострастьем,
На загляденье ангельскому войску,
Кто с возмущеньем, кто-то с вожделеньем,
Все с ропотом бесполых...
                 БОГ
                                              На кого?!
Ужели на меня? Да это бунт!
Так, это кстати. Пусть-ка все побьются.
Мы чистых от нечистых отличим.
Пристанищем последних будет Ад.

            ХОР ЖЕНЩИН
   (воочию наблюдая, что происходит)
И войско ринулось с небес на Землю,
Могучее, с весельем всепобедным,
И небо сотряслось от кликов рати,
Не знавшей поражений до сих пор.
И кто сей враг, разгневавший столь Бога,
Что им затеяна в его же царстве
Меж ангельскими сотнями война,
Как на земле все бьются ради жизни,
Чтоб тут же сгинуть без следа?

Как стаи лебединые неслись!
Теряя одеяния из пуха
И перья, ангелы летели вверх
Тормашками и падали в болота,
Где продолжали всех тузить подряд,
Не различая верноподданных
От  всех иных, борьбой увлекшихся
Шутя или до страсти, самой дикой,
Во злобе, что и демоны, и черти,
Остервенелые до бешенства,
Как свора гончих, падая в ущелье...

Осатанели ангелы до злобы,
Так, среди них явился Сатана,
Приспешник Люцифера Ариман,
Владыкой Ада возжелавший стать
В угоду Богу, Люцифера он
С архангелами в лед замуровал,
Виня в грехопаденьи человека,
Когда соблазн познанья и любви
В природе человека ведь от Бога:
По своему подобью сотворил,
У дерева познания и жизни,
Предвидя все с лукавою усмешкой, -
И Люцифер в Эдеме явлен был,
Как образец, он первенец творенья,
Блистательный и нежный свет зари,
Чтоб человек возжаждал совершенства,
Влекомый к женской красоте, как к Богу,
С рождением любви, что правит миром,
Любви, рождающей добро и зло,
Когда любовь - для одного услада,
И власть верховная, и грех, и слава.

Но казни предан лишь один архангел
И оклеветан как совратитель Евы,
Любовь познавшей, все блаженство Рая,
На зависть ангелам до злобной неги,
С их превращеньями в чертей в войне
Всех против всех, с созданьем преисподней,
Где Ариман над грешниками чинит
Благой и правый,  это ж Божий, суд!

Во льду, пронизанном лучами света,
Как по весне, капели зазвенели,
Стекали струи, целые ручьи,
В озера превращаясь, с берегами,
С цветущими лугами у болот,
С ущельями и сопками все выше,
Где души уж томились - в новом царстве
С прозванием Чистилище, над Адом,
Ушедшим в воду, как при наводненьи,
От таяния лёда Люцифера,
Который, приподнявшись, вдруг восстал,
Расправив руки, полетел над морем,
Синеющим и ясным, с островами
Как будто Эгеиды, мир знакомый,
С колоннами античных храмов в небе
И изваяниями богинь прекрасных,
С очами, как живыми, с красотой
Божественной, но не живою в яви.
И Люцифер, как жизни свет и тайна,
Возжаждал воскрешения богов!

Публика собирается у замка Люцифера, где на террасе сбегается Хор женщин.

Явился Люцифер, весь беспокойный,
Со взором, ночь пронзающим, как звезды.

            ЛЮЦИФЕР
Сомнениям конец: я не ошибся,
Сродство свое предощутив в Амуре
С Венерой, вознесенных в небеса
Звездою утренней или вечерней,
Денницей иль Венерой, сын Зари,
Архангел светоносный Люцифер.
Я с ними оклеветан и повержен,
Как Прометей, принесший людям знанье.
А что за жизнь без знания о ней,
Самосознанья личности своей?
Ведь даже у животных проступает
Достоинство и грация, как если б
Присуще им сознанье красоты.
           ДИОТИМА
Сказанья из глубин тысячелетий
О сотворении Земли и звезд
Недостоверны, в этом нет сомнений,
И сотворение Адама с Евой -
Из тех же сказок, что звучат иначе
У всех народов, тем и хороши.
Ведь в сказках есть свой смысл, свое значенье,
И в них-то жизнь и истина для нас.
А там, где жизнь, и клеветы ведь много,
Пришла пора во всем здесь разобраться.
            ЛЮЦИФЕР
Сотворена жизнь на Земле природой.
А в том участье принимали ль боги?
Допустим, да. Тогда все боги, верно,
Какие были у людей Земли.
И не один не смей себя явить
Царем небесным всех людей Земли,
Что порождает войны и убийства,
Жестокую игру Добра и Зла
И на Земле среди людей от века,
И здесь нет правых, как среди зверей,
Охотящихся друг на друга с пылом.
Кто ж сотворил такой порядок? Бог?
Бог всемогущий, добрый, как тиран?
Сама любовь? С запретом на познанье?
С изгнаньем из Эдема в юдоль скорби,
Туда, на сотворенную им Землю?
И это Всеблагой, Всевышний, Сыном
Пожертвовавший ради новых сказок?
Повинен же во всем, мол, Люцифер,
Богоотступник он и бунтовщик,
Враг, замурованный в лед преисподней?
Нет в этих сказках смысла и значенья.
    (Словно проносясь в полете над землей.)
Мир не был погружен во тьму повсюду.
Всходило солнце, радуя людей,
Как и зверей, и птиц, и луг зеленый,
Усеянный цветами по весне.
И юность расцветала с чувством страха
Перед любовью, взором красоты,
Чтоб сочетаться в браке, как и звери,
Для продолженья рода и достатка,
Когда любовь, что первородный грех,
Запретна и должна она быть тайной,
Как Данте то взлелеял, весь в слезах,
Когда любовь - и счастье, и свобода,
И в муках долгих он ее воспел,
Поэзией превозмогая грех
Всех помыслов высоких и любви,
Возвысив Беатриче до небес!

     Среди публики проступают лики Данте и Беатриче.

              ДАНТЕ
        (смиренно склоняя голову)
Как сладко я бывал влюблен в мечтах!
Как горько я любил тебя всю юность!
           БЕАТРИЧЕ
         (сурово, с упреком)
Я знала помыслы твои о славе,
Что ставил ты превыше и любви,
И уз семейных, гордый, как из князей,
Из высшей знати, сам почти плебей.
             ДАНТЕ
     (вскидывая голову)
Достоинством я человека горд!
И упованиями дум высоких,
Что я свершу для родины и славы.
А как же быть? Безвестным умереть,
Так это все равно, как не родиться!
Не жить, не быть влюбленным в Беатриче!
           БЕАТРИЧЕ
Ты слезы лил, не радовался жизни.
Писал сонеты выдуманной даме,
Чтобы скрывать свою любовь ко мне.
              ДАНТЕ
Любовь, как стыд, мучительна до слез.
Любовь к замужней – это, как несчастье,
Греха ты жаждешь, не любви высокой.
           БЕАТРИЧЕ
Но ты женился, счастлив был, наверно.
              ДАНТЕ
Как ты в замужестве, светилась счастьем,
Сама в себе любовь и красота,
Чтобы до времени сойти в могилу.
           БЕАТРИЧЕ
Да, счастлива сама я по себе
Росла, как в детстве, в юности своей;
В замужестве не изменилась я,
Превозмогая беды и несчастья,
Встречая восхищенье у людей,
У юношей, у женщин, у старушек,
Лишь ты с тоскою изнывал по мне,
Стыдясь своей возвышенной любви,
Пока душа моя не вознеслась
Вослед за нею, до Земного Рая.
              ДАНТЕ
Нет, я последовал на зов твой свыше
Свершить благое дело для людей,
Свершить поэта подвиг во спасенье
Заблудших душ и новых поколений.
             БЕАТРИЧЕ
Росла я девушкой простой, как все
Из флорентиек, милых и пригожих,
И вышла замуж, сговорена с детства,
Как ты женился тоже; жизнь была
Недолгой; рано умерла, на счастье!
              ДАНТЕ
Нет, нет, на горе всех и на мое!
             БЕАТРИЧЕ
Оплакав смерть возлюбленной, поэт
Возрос душой, объемля мирозданье
До высших сфер, куда вознес и образ,
Запавший в сердце в детстве, как любовь,
Что есть стремленье к высшей красоте.
              ДАНТЕ
И в мире воссияла красота?!

 



« | 1 | 2 | 3 | 4 | »
Назад в раздел | Наверх страницы


09.11.16 К выборам президента в США »

04.11.16 История болезни »

01.11.16 Банкротство криминальной контрреволюции в РФ »

19.10.16 Когда проснется Россия? »

10.10.16 Об интервенции и гражданской войне »

09.10.16 О романе Захара Прилепина "Обитель". »

07.10.16 Завершение сказки наших дней "Кукольный тандем". »

03.10.16 Провал сирийской политики США »

18.08.16 «Гуманитарная война» Америки против всего мира »

05.08.16 Правда о чудесах »

Архив новостей

Наши спонсоры:


   Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Copyright © "Эпоха Возрождения" "2007, Петр Киле, kileh@mail.ru  
Все права защищены