C:\Users\Henry\AppData\Local\Temp\F3TB8F9.tmp\ru_index1.tpl.php Мишель Лерма, или Упоение юности Комедия / Эпоха возрождения


Эпоха Возрождения - это вершина, с которой мы обозреваем мировую культуру в развитии, с жизнью и творчеством знаменитых поэтов, художников, мыслителей, писателей, композиторов, с описанием выдающихся созданий искусства.
Новости Города мира, природа. Дневник писателя. Проза Лирика Поэмы Собрание сочинений Приложения. Галерея МОДЕРН_КЛАССИКА контакты
В истории человечества не было веков без вспышек ренессансных явлений.
Опыты по эстетике ренессансных эпох,
а также
мыслителей, поэтов
и художников.
Ход мировой
истории под знаком Русского
Ренессанса.
Драмы и киносценарии о ренессансных
эпохах и личностях.
Стихи о любви
Все о любви. Стихи и эссе. Классика и современность.

 

 

Мишель Лерма, или Упоение юности Комедия

Аннотация. Шарада гусара и светской красавицы, исторически достоверная, романтическая история в стихах и прозе.

http://t3.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcQejGbaLPhs535Gd9ouu8A9RNoOIMXigWMdWFdGy-wwz1lP6qRI

Действующие лица

Мишель
Святослав
Шан-Гирей
Алексис
Катрин
Лиза, ее младшая сестра
Марья Васильевна Беклешова, тетка сестер
Николай Сергеевич, ее муж
Николай Васильевич, родной дядя сестер
Андрей, дядька Мишеля
Неизвестная в маске
Публика на балах
Прислуга

Действие происходит в Санкт-Петербурге 30-х годов XIX века.

АКТ  I

Сцена 1

Квартира, которую снимает Арсеньева Елизавета Алексеевна, бабушка Мишеля, где и он живет, приезжая из Царского Села, места службы. Половина Мишеля: кабинет и гостиная.

              МИШЕЛЬ
    (входя к себе с половины бабушки, весь в движении)
Вчера я встретился с Катрин Сушковой
Нарочно, чтоб узнать, что сталось с нею
За пять прошедших лет с последней встречи,
Как отроком расстался, весь в слезах,
Любовью уязвленный и обидой,
Что надо мной она лишь посмеялась.
    (Расхохотавшись.)
Влюбленностей и далее хватало,
Ну, и стихов в альбомах, как игра,
Уже без слез, с обманами на равных,
Как вдруг среди кузин моих явилось
Созданье тихое, как вечер ясный,
Блондинка черноокая, что ночь,
С сиянием полуденного неба,
С овалом нежным милого лица,
Со стройным станом, с грацией живой,
Как бы замедленной слегка от неги.
        (Задумывается.)
Перед разлукой объяснились мы –
И оба утаили наше счастье,
Как дети, от родных – тому два года!
      (Входит в кабинет, оставляя дверь открытой.)
Покамест я решил с Катрин расчесться
И, кстати, прояснить ее расчеты
На друга моего Лопухина,
Которого легко ей облапошить.

Входит Святослав, высокого роста молодой человек, мог бы выглядеть красавцем, если бы не поношенный сюртук.

          СВЯТОСЛАВ
Ну, как прошел твой первый бал в мундире
Гусарском? Хорошо?
             МИШЕЛЬ
          (расхохотавшись)               
                                        О, безусловно!
На новичка кто б обратил вниманье?
С твоим бы ростом, с грацией красавца!
Я знал, увижу там Катрин Сушкову.
Я с нею танцевал, начав с кадрилей,
Мазурку, непрерывно с ней болтая,
И был замечен всеми, о, успех!
Она из львиц, слегка уж перезрелых,
Но это мне и надо для начала.
Лопухина она не очень ждет,
Готова пококетничать со мною!
Что ей мундир гусарский? Я хорош?
          СВЯТОСЛАВ
Хорош ты тем, что смотришь на нее
Особым взглядом, трогая ей сердце,
И блещешь остротой ума и шуток.
Ты новичок и тем хорош для дам.

Входит Шан-Гирей, юноша из родственной семьи, приехавший из Москвы в Петербург в этом году, ученик Артиллерийского училища.

             МИШЕЛЬ
 (не обращая вниманья на Шан-Гирея как на младшего братца)
Катрин мне нравилась когда-то. Очи,
Что называется, чернее ночи…
           ШАН-ГИРЕЙ
Катрин Сушкова? А Лопухина?!
Глаза, что спелые смородинки…
             МИШЕЛЬ
И родинка у ней, уродинки…
           ШАН-ГИРЕЙ
Смеется, словно маленький еще!
    (Представляет, как дети к ней приставали, а она лишь смеялась с ними.)
«У Вареньки родинка;
Варенька – уродинка!»
    (Выпрямляясь и всерьез.)
Нет восхитительней девицы
В первопрестольной и столице!

      Мишель, расхохотавшись, выходит, услышав голос бабушки.

Вы помните ее, Лопухину?
          СВЯТОСЛАВ
Испанскую монахиню, о, да!
          ШАН-ГИРЕЙ
Ну, это образ из поэмы «Демон».
А знаете стихи, ей писанные?
          СВЯТОСЛАВ
Какие-то… Ну, можете прочесть.
          ШАН-ГИРЕЙ
Она не гордой красотою
Прельщает юношей живых,
Она не водит за собою
Толпу вздыхателей немых.
И стан ее не стан богини,
И грудь волною не встает,
И в ней никто своей святыни,
Припав к земле, не признает.
Однако все ее движенья,
Улыбки, речи и черты
Так полны жизни, вдохновенья,
Так полны чудной красоты.
Но голос душу проникает,
Как воспоминанье лучших дней,
И сердце любит и страдает,
Почти стыдясь любви своей.
         СВЯТОСЛАВ
Не знал я. Из московских, из последних,
Когда меня там не было уже?
         ШАН-ГИРЕЙ
Мы случайно сведены судьбою…
Мы себя нашли один в другом,
И душа сдружилася с душою:
Хоть пути не кончить им вдвоем!

Так поток весенний отражает
Свод небес далекий голубой,
И в волне спокойной он сияет
И трепещет с бурною волной.

Будь, о будь моими небесами,
Будь товарищ грозных бурь моих;
Пусть тогда гремят они меж нами,
Я рожден, чтоб не жить без них.

Я рожден, чтоб целый мир был зритель
Торжества иль гибели моей,
Но с тобой, мой луч-путеводитель,
Что хвала иль гордый смех людей!

Входит Мишель с видом человека, который хорошо поел.
 
              МИШЕЛЬ
Ну, что за вздор я нес, заглядываясь
На Вареньку, небесное созданье!
        (Заторопившись одеться.)
Иду на бал здесь близко, за два дома.
Катрин с сестрой живет у тетки там.
Еще не знаю, примут ли меня.
            ШАН-ГИРЕЙ
Мишель переменился, повзрослевши,
Играя роль буяна и бретера,
Да в отношеньи женщин, - не смешно ли?
           СВЯТОСЛАВ
Гусарская бравада со султаном.
Иль рыцарь пробудился в нем: Лерма?
Как в письмах стал подписываться чаще.
Пока не наиграется, увы!

     Мишель с хохотом уходит.

Сцена  2

Дом Беклешовых. Маленькая гостиная и комнаты барышень. Катрин и Лиза, одетые к приему гостей в связи с днем рождения одного из дядюшек и к балу, лениво расхаживают, то и дело прихорашиваясь у зеркал. В большой приемной, закончив с поздравлениями с утра и обедом, приступили к приготовлениям к балу.

               ЛИЗА
Сестрица! Ты сегодня весела
И вся в раздумьях, словно бы вчера
Ты новое свела знакомство, к счастью.
              КАТРИН
Не новое, - из юности моей
Явился юноша, почти такой же,
Каким я помню увальня-подростка,
Мал ростом, нехорош - почти, как прежде…
                ЛИЗА
Но ныне он гусарский офицер –
Мундир красив, со звоном шпор и сабли…
              КАТРИН
Со взором, как вопрос призывный к счастью,
Не скажешь, дерзким, но всевидящим,
И ты краснеешь, радуясь ему.
               ЛИЗА
Да ты краснела то и дело с ним,
Как если б он был важный господин,
В которого готова ты влюбиться.
             КАТРИН
Он спрашивал о друге, жду ль его?
Алексис разболтал о сватовстве,
Не получив согласья моего
И дядюшек…
                ЛИЗА
                        Так, с другом поделился!
              КАТРИН
Друзья ревнивы. Им не угодишь.
Мишель устроил мне допрос, насмешлив
И к другу, и ко мне, - я не хотела
С ним говорить о деле нерешенном,
А вышло: я Алексиса не жду, -
Что значит: не люблю его
И выйду, потому что он богат.
                ЛИЗА
Выходят за богатых – что за новость?
А на балах танцуют по любви.
Иначе не бывает, разве нет?
              КАТРИН
Нет, замуж хочется мне по любви.
Предназначенье женщины – любовь,
Семья и дети без любви – пустое!
Наш век таков, нам дорога свобода.
Алексис добр. Как не любить его?
Люблю его, пускай умом не блещет…
                ЛИЗА
Зато Мишель, ну, впрямь умом сверкает,
Как бриллиантами зубов и шуток.
              КАТРИН
О, поостерегись влюбиться, Лиза!
                 ЛИЗА
Что я? Мишель тобой всецело занят.
             КАТРИН
По старой памяти, я думаю.
Мы встретились, расставшись, как вчера.
Меж тем лет целых пять уж минуло.
Его влюбленность ожила во мне –
Все то, над чем мы с Сашенькой смеялись,
Уж взрослые над мальчиком влюбленным.
А были мы его глупее сами.
В обидах убегал от нас стремглав,
Подбросив нам бумажку со стихами,
Какие в возрасте его не пишут.
               ЛИЗА
Стихи его ты сохранила?
             КАТРИН  
                                               Да.
Он описал и зарожденье чувства,
И муки все отвергнутой любви…
И нами там увиденную сценку,
На богомолье в Сергиевской лавре…
       (Произносит, как бы припоминая слова.)
У врат обители святой
Стоял просящий подаянья,
Бессильный, бледный и худой,
От глада, жажды и страданья.

Куска лишь хлеба он просил
И взор являл живую муку,
И кто-то камень положил
В его протянутую руку.

Так я молил твоей любви
С слезами горькими, с тоскою,
Так чувства лучшие мои
Навек обмануты тобою!

              ЛИЗА
          (уверенно)
Так это ж настоящие стихи!
            КАТРИН
Поэт он. Только из ребячества
Пошел в гусары, как его друзья.
Ему же двадцать лет, меня моложе,
И я с ним как бы вновь вступаю в свет.
               ЛИЗА
Ах, Катрин! Будь же осторожнее!
Он расквитается на этот раз
С тобой сполна!
             КАТРИН
                               Ну, это мы посмотрим.
                ЛИЗА
К военным действиям уж приступили?
             КАТРИН
Нет, это как девичник перед свадьбой.
Иль юность, вновь ожившая с поэтом,
И сердце жаждет треволнений счастья
Несбывшихся желаний и любви.
                ЛИЗА
А Лопухин! Его уж ты не ждешь?
              КАТРИН
Я жду замужества, то есть свободы
От благодетельницы тетки, знаешь.
И выбор есть… Но время на исходе…
                ЛИЗА
Как! Ты боишься засидеться в девках?
              КАТРИН
Нет, замуж выйти я всегда успею.
Ведь в обожателях нет недостатка.
                ЛИЗА
Природа наградила красотой…
              КАТРИН
Нет, мать моя, с которой разлучили,
И мы росли с тобою, как сироты,
У тетки под надзором, без подруг…
Была одна отрада: чтенье книг,
А с ними и горячка от волнений
До грез любовных и мечты о счастье.
      (Закружившись по комнате.)
И счастье улыбнулось – на балах,
Как Золушка предстала вдруг принцессой!
О, как я закружилась – как запела!
Не мужа я искала, а любви!
                 ЛИЗА
Любовь приносит лишь одно несчастье,
Как видим мы по сладостным романам.
               КАТРИН
Несчастие – отсутствие любви!
                 ЛИЗА
Вздыхателей хватает у тебя.
               КАТРИН
Но это же лишь отблески желаний
Моих, чужих, а где ж моя любовь,
Единственная в мире, ну, как солнце
В весенний день сияет в облаках!
                  ЛИЗА
       (рассудительно)
Ну, это романтические бредни.
Оставь их мне. Тебе же надо замуж.
                КАТРИН
О, ты права. Я размечталась снова,
Как в юности, с Мишелем встретившись.

   Входит слуга.

КАТРИН. Чего тебе?
СЛУГА. Там внизу какой-то маленький офицер просит вас обеих выйти к нему в лакейскую.
КАТРИН. Что за вздор?
ЛИЗА (переглядываясь с сестрой). Как это может быть?
СЛУГА. Право, сударыни, какой-то маленький гусар спрашивает, здесь ли живут Екатерина Александровна и Елизавета Александровна Сушковы. Ошибки нет. Именно вас, сестриц, спрашивают.
КАТРИН. Поди, спроси его имя.
 
         Слуга уходит.

ЛИЗА. Мы очень хорошо знаем, кто нас ищет.
КАТРИН. Маленький гусар нас ставит в неловкое положение.
ЛИЗА. Зачем нам было говорить, что у нас в доме бал? Здесь вовсе не наш дом.
КАТРИН. Худо-бедно я здесь выросла, пока ты жила в Смольном монастыре.
ЛИЗА. Какой это монастырь? Я училась в Смольном институте.
КАТРИН. Поди, позови нашего кузена.
СЛУГА (возвращается). Это Михаил Юрьевич Лермонтов приехал к девицам Сушковым.
КАТРИН. А, теперь я понимаю, он у меня спрашивал адрес брата Дмитрия и, вероятно, отыскивает его. Они товарищи по Университетскому пансиону в Москве.
ЛИЗА (возвращается). Дмитрий спустится вниз и представит тетушке и дядюшкам нового гостя.

    Слуга уходит. Сестрицы в восторге.

Сцена  3

Бал в доме Беклешовых. Большая приемная. Первые две кадрили Мишель танцевал с Катрин. На него обращали внимание только из-за его военного мундира среди мужчин в штатском. Явился некий Ладыженский, псковский помещик, предводитель дворянства в своих краях, редкий гость, которого особо отличали хозяева. Он танцевал исключительно с Лизой, числясь, пока негласно, в ее женихах.
Во время мазурки Мишель и Катрин.

              КАТРИН
Но как же ловко я вам подыграла,
Сказав, что брат мой соученика
Позвал, и он представил вас хозяйке,
Которой нет до вас и дела…
             МИШЕЛЬ
                                                   Как?!
              КАТРИН
Вы слишком юны, не из женихов…
Но это кстати… Вы соседский мальчик…
А как жених – попали б под надзор.
Я не смеюсь над вами, - рада вам!
Вот и мазурку сберегла для вас.
             МИШЕЛЬ
А сердце для другого бережете.
И чем же он хорош? Отец оставил
Наследство сыну одному – за счет
Его сестер, - и тем-то он хорош?
              КАТРИН
Не думала я о его богатстве.
Он добр, внимателен, чистосердечен,
Имеет все - быть истинно любимым
И без богатства…
             МИШЕЛЬ
                                 Но любви-то нет!
              КАТРИН
Откуда знать вам?
             МИШЕЛЬ
                                  Помните ли вы
Нескучное в Москве? Без вас оно
Там превратилось в Скучное, ну, да.
А помните букет из незабудок?
Я знал уже тогда и также знаю,
С какими намереньями сюда
Алексис едет…
               КАТРИН
                             Чернокнижник вы?
               МИШЕЛЬ
Я просто друг. Все помыслы его
Известны мне. Досадно вам? Простите.
Как блещут ваши чудные глаза –
В досаде, как в тоске, еще прекрасней!

Он сжал ей руку, как бы благодаря за танец с окончанием мазурки. В ожидании ужина приступили к музицированию и пению. К роялю подсел некий чиновник, в светских гостиных охотно выступавший как музыкант и певец.
Прозвучал романс на стихи Пушкина:

«Я вас любил; любовь еще, быть может,
В душе моей погасла не совсем.
Но пусть она вас больше не тревожит,
Я не хочу печалить вас ничем».

    Мишель и Катрин, сидя рядом, переглянулись.

            МИШЕЛЬ
           (шепотом)
О, первые слова сказали ясно
О чувствах в настоящую минуту.
Но дальше – пусть тревожат и печалят,
Иначе все забыто, ты забыт.

    Романс с повтореньями строк отзвучал:

«Я вас любил безмолвно, безнадежно,
То робостью, то ревностью томим.
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам бог любимой быть другим».

            МИШЕЛЬ
К чему здесь робость и безмолвие?
И как желать любимой счастия
С другим? О, нет, уж больше горестей,
Чтоб сохранила память обо мне.
             КАТРИН
Злопамятство не украшает вас.
Иль не перебесились вы еще?
Хотя и возмужали, вы как львенок.
            МИШЕЛЬ
Сказать ли? Вы, как львица с раной в сердце.
Но мне пора. На ужин не останусь.
Без хитростей военных обойдемся.
От чудных взоров голова кругом.
       (Раскланивается и уходит.)

Сцена  4

Дом Беклешовых. Маленькая гостиная. Катрин и Лиза, полусонные, усталые после двух балов сряду, в неглиже читают новый роман французской писательницы М.Деборд-Вальмор «Мастерская художника».
Марья Васильевна среди домашних и самых близких знакомых играет в карты в большой приемной, куда быстро входит Мишель, по своему обыкновению, со шумом сабли и шпор.

             ЛИЗА
        (рассмеявшись)
Мишель!
            КАТРИН
        (просыпаясь)
                Ну, это вздор!
             ЛИЗА
                                          Ты слышишь звон?

Доносится голос Марьи Васильевны: «Мои племянницы в той комнате».

    В гостиную входит Мишель.

             КАТРИН
       (с изумлением)
Как это можно – два дня сряду в гости
Врываться, не бывавши прежде здесь!
И вам не отказали?
            МИШЕЛЬ
           (смеясь)
                                Я настойчив –
Во власти цели пламенных желаний
Увидеть вас едва дождался ночи,
Как светом просияли ваши очи!
И вот у ваших окон я стою,
Как под звездой, которую люблю,
С ее сияньем в синем небосклоне,
Путеводительницы всех влюбленных!
              ЛИЗА
Так это речь? Иль мадригал?
            МИШЕЛЬ
                                                   А что?
              ЛИЗА
Я запишу.
             МИШЕЛЬ
                   Скорее эпиграмма.
Да я забыл, о чем хотел сказать.
             КАТРИН
Но как же приняла вас тетка? Боже!
Она могла вас выгнать со скандалом,
Как человека невоспитанного,
Без всякого понятья о приличьях.
            МИШЕЛЬ
Ну, я-то думаю, весьма воспитан;
Во всяком случае, для вашей тетки,
Которой ведь нет дела до меня,
Но у меня богатая родня.
И вот я принят – лучше невозможно:
Допущен в девичью, как в детстве было,
Я рос среди кузин меня чуть старше
И их подруг, готовых посмеяться
Над отроком, влюбленным не на шутку.
             КАТРИН
Мишель! Злопамятны вы здесь напрасно:
То свойство девушек на выданье
Трунить над юными, в отместку старшим,
Оттачивая ногти для защиты.
            МИШЕЛЬ
Да, с Сашенькой, моей кузиной, вы
Немало посмеялись надо мною.
О, Лиза, я влюблен, они смеются –
Но как? Я ем, глотая что попало,
Привык я с детства к лучшему столу,
Я ем и много, говорят, прожорлив.
Да просто я весь занят не едою,
Но впечатлениями бытия!
А мне они подали пирожки
С опилками – нарочно, ради смеха!
               ЛИЗА
И что? Вы стали есть с опилками?
             МИШЕЛЬ
        (расхохотавшись)
Ну да! А вкусно приготовил повар.
Я б съел с десяток – шутки ради, если б
Проказницы не испугались сами!
             КАТРИН
Так вы не сердитесь, Мишель?
            МИШЕЛЬ
                                                        О, нет!
Без ваших издевательств и капризов,
Уж верно, я бы поглупел от счастья,
Как друг, обласканный судьбой и вами.
Нет, этой участи не пожелаю.
По мне лишь горести питают дух…
Роман французский…  М. Деборд-Вольмар.
        (Листает.)
Следы ногтей здесь всюду… Чьи?
             КАТРИН
                                                           Мои!
             МИШЕЛЬ
Позвольте мне прочесть…
             КАТРИН     
                                                Следы ногтей?
С условием заметки к ним оставить.
             МИШЕЛЬ
Угадывая ваши помышленья,
Я испишу всю книгу по следам…
          (Бросая книгу.)
Хотите, вам я погадаю в карты?
             КАТРИН
Ну, кроме шуток, вряд ли что и выйдет.

Лиза выходит в большую приемную, прослышав новые голоса.

            МИШЕЛЬ
Но по руке гадаю лучше я.
Вот дайте руку мне, увидите!
             КАТРИН
Ну, хорошо. Вот вам моя рука…

Мишель разглядывает младенчески нежную ладонь барышни молча. Воцаряется тишина.

Ну, что же?
             МИШЕЛЬ
                      Лучезарная рука!
О, прелесть! Обещает много счастья
Тому, кто будет ею обладать
И целовать ее самозабвенно…
И потому воспользуюсь я первым!
    (Целует с жаром руку в раскрытую ладонь и пожимает ее.)

Катрин выдергивает руку и, раскрасневшись, убегает в другую комнату.

              КАТРИН
       (не находя себе места)
Ах, что случилось? Поцелуй внезапный,
Случайный и запретный, но какой!
Не поцелуй, а молнии удар –
Среди зимы сквозь иней на стекле,
И трепет, и волненье до стыда,
Душа ж моя ликует от восторга,
Как от любви по матери моей
Я, исстрадавшись, радовалась ей!
(Замечает, что держит правую руку ладонью вверх с ощущением соприкосновения жгучих губ, словно поцелуй длится, с проникновением до самого сердца.)
А вместе с тем досадно до обиды,
Ведь это же измена, вероломство,
Моя измена, с вероломством друга…
Что сделал он? Невинный поцелуй?
Мечта ребенка обернулась страстью,
Которой я мгновенно предалась
И счастлива впервые непомерно!
              ЛИЗА
  (заглядывая к сестре)
Ах, что случилось? Ты уединилась?
А где Мишель?
             КАТРИН
      (серьезна и задумчива)
                              Его и не было,
Я думаю. Я просто размечталась
До наваждения, до поцелуя…
             ЛИЗА
Что прячешь ты в руке? Кольцо? Подарок?
             КАТРИН
      (раскрывая слегка ладонь)
Подарок нежности и страсти – видишь?
               ЛИЗА
Да, что с тобой? Не сходишь ли с ума?
И что ж он нагадал тебе?
             КАТРИН
   (жмурясь словно от яркого света)
                                         Любовь!
О чем мечтала с детства, как о счастье;
О чем лишь грезила, оно пришло!
               ЛИЗА
Мишель в любви признался?
             КАТРИН
                                                    Я не знаю.
Но в старину говаривали так:
Стрела Амура угодила в сердце!
      (Держит правую руку ладонью вверх.)


АКТ  II

Сцена  1

Дом Беклешовых. Ночь. В полутьме в постели Катрин.

             КАТРИН
Я разве не ждала Лопухина –
С доверием, пусть он умом не блещет?
А значит, поцелуй вполне невинный,
Как шалость или испытанье мне, -
Измена, да с моей-то стороны,
Выходит так… И также и с его?
          (Садится.)
Сон не идет. Я поцелую руку,
Пусть губы наши хоть на миг сольются…
Еще, еще, как сладостно и стыдно.
Губами я прижмусь к его устам,
Оставившим всю негу страсти нежной
Души, столь пламенной, что жжет поныне,
Укус пчелы припомнился мне вновь.
          (Ложится.)
Поцеловалась я с ним втихомолку,
И спящий он ответил поцелуем…
Один другой, как скоро превзошел
Он друга живостью ума и взора,
Когда невинный поцелуй – измена,
И нет возврата к прежним отношеньям,
Когда узнала я любовь и страсть.
         (Засыпает.)

Сцена  2

Бал у адмирала Шишкова Александра Семеновича. Балы он задавал в положенные дни, радуясь веселящейся молодежи, сам едва передвигая ноги.
Катрин, входя в бальную залу, очень удивилась, заметив Мишеля, - уговора встретиться здесь не было, к чему ему адмирал Шишков, былая литературная знаменитость, но именно с ним он беседовал.
Катрин подошла к ним, сознавая, что Мишель свел знакомство с Шишковым ради нее, что заставило ее покраснеть.

            ШИШКОВ
Что, птичка милая, ретивое
Еще на месте? О, смотри, держи
Обеими руками. Посмотри,
Какие у меня сегодня новички!
       (Знакомя с Лермонтовым.)
Из молодых да ранних, он поэт,
Хотя рядится под гусара, ясно,
Успеха ради у красавиц…

Катрин, раскрасневшись еще больше, от растерянности присела очень низко Мишелю, который расхохотался, она ему вторила.

Ах, вы знакомы! Ну, небось, свиданье
У старика, по роли Купидона.
   (Хватается за голову.)

Мишель и Катрин уносятся под звуки вальса. Между тем старика Шишкова уложили на диван, одна из домашних женщин тут же принялась растирать ему виски и темя.

             МИШЕЛЬ
Что это с ним? Припадок? Умирает?
И никому нет дела до него?
             КАТРИН
У старца онеменье головы.
Едва передвигаясь на ногах,
Он на балу свершает моцион
В сопровожденьи женщины-чесалки.
Здесь к этому привыкли, и веселье
Не прерывается ни на минуту.
             МИШЕЛЬ
Ужасно!
              КАТРИН
                Я ж люблю бывать у старца
И говорить с ним. Он гостеприимен
И добр со всеми.
            МИШЕЛЬ
                              С вами уж, конечно!
             КАТРИН
Он шутит иногда и говорит,
Что чувствует, как молодеет, глядя
На все мои движения, улыбку, -
И жаль его мне и себя до слез.

Мишель и Катрин непрерывно танцевали исключительно друг с другом. Между тем он становился все грустнее и грустнее.

 Мишель, вы грустны нынче. Отчего?
            МИШЕЛЬ
         (с коварной улыбкой)
Не грустен я, а зол я на судьбу,
Зол на людей, а главное, на вас.
            КАТРИН
        (с изумлением)
Как на меня? Чем провинилась я?
           МИШЕЛЬ
О, тем, что губите себя. И тем,
Что вы не цените себя. Кто вы?
Вы олицетворенная мечта
Поэта, с пылкою душой, с умом
Возвышенным – вы заразились светом!
Необходимы вам поклонники,
И блеск, и шум, и суета богатства,
И ради этой мишуры таите
Вы чувства лучшие, приносите
Все в жертву человеку – и кому,
Ничтожеству, которое понять
Не может вас, его ж не любите
И полюбить не сможете вовеки.
             КАТРИН
Я вас не понимаю, о, Мишель!
И права нет у вас так говорить.
И знайте навсегда: я не люблю
Ни проповедей, ни нравоучений, -
Сыта по горло, больше не идет!
Ведь я росла одна, в чужой семье,
Разлучена с любимой матерью
Ребенком лет шести. Вы ничего
Не знаете, с кем вас свела судьба
Уж дважды, думаю, недаром это.
           МИШЕЛЬ
Скажу яснее, послезавтра будет
Алексис с козырем в пять тысяч душ,
Но хватит ли ума воспользоваться
Таким-то преимуществом, как чорту?
Я думаю, что нет. Он потеряет
Скорее то, чего он не имел.
            КАТРИН
Да, правда: нечего терять ему.
            МИШЕЛЬ
Что вы сказали?
            КАТРИН
                             Одному ли вам
Загадками вещать.
             МИШЕЛЬ
                                  Скажу я проще:
Зачем идете за него вы замуж?
Ведь вы его не любите!
            КАТРИН
        (вскрикивает)
                                           Иду?!
Я за него? Еще не решено!
Что вам сказали, я не знаю. Лучше
Сама вам расскажу, как было дело,
Когда все разгласилось без меня.
Мне написала Сашенька по просьбе
Того, кто растрезвонил на весь свет,
А сам ко мне писать он постеснялся.

Она писала: «… Что если сердце мое узнает и назовет того, кто беспрестанно думает обо мне, краснеет при одном имени моем, что если я напишу ей, что угадала его имя, то он приедет в Петербург и будет просить моей руки», - вот и весь роман; кто знает, какая еще будет развязка?

           МИШЕЛЬ
Но что-то вы ведь про себя решили?
            КАТРИН
Да, я решаюсь выйти за него
Без сильной, без возвышенной любви,
С уверенностью, буду счастлива.
Он добр, он благороден и не глуп,
Меня он любит, дома я несчастна!
Я так хочу любимой быть!
            МИШЕЛЬ
                                                О, Боже!
Когда бы вы хотели догадаться,
Как любят вас! С какою пылкостью,
С какой покорностью вас любят,
С каким неистовством в вас влюблены!
             КАТРИН
Я знаю, вы опять загадками
Ведете речь о нем, кому вверяю
Судьбу свою, уверена в его
Любви, и страсть его я первая…
             МИШЕЛЬ
Вы думаете, хлопочу о нем?
              КАТРИН
О ком же речь, о, если не о нем?
Вы о себе всегда красноречивы.
Какое дело вам, я полюблю
Лопухина, когда вы о себе
Хлопочете? Иль это лишь игра?
Она вас недостойна и постыдна!
Хулите друга и меня за выбор.
Из зависти и даже из любви –
Равно запутали меня  бесчестно.
         (Уходит в сторону.)

Сцена  3  

Квартира Арсеньевой Е.А. Гостиная и кабинет Мишеля. Слышны голоса с половины Елизаветы Алексеевны.
Входит Алексис, весьма полный молодой человек в сюртуке, с румяным лицом, серьезный и степенный. В комнату вбегает Мишель, на себя не похожий, с детской непосредственностью на лице, словно помолодел на несколько лет.

             МИШЕЛЬ
Известье о твоем приезде, Боже,
Подействовало удивительно!
Едва я не сошел с ума, представь,
От радости! Я прыгал и смеялся!
Я разговаривал с самим собой,
При этом потирая руки… Знаешь?
Двух страшных лет как не бывало!
             АЛЕКСИС
           (с удивлением)
Ужель тебе так плохо было в Школе
Подпрапорщиков?
              МИШЕЛЬ
             (с хохотом)
                                  Весело, как пьянице!
          (Декламирует, разыгрывая.)
Гусар! Ты весел и беспечен
Надев свой красный доломан;
Но знай – покой души не вечен,
И счастье на земле – туман!

Крутя лениво ус задорный,
Ты вспоминаешь стук пиров;
Но берегися думы черной, -
Она черней твоих усов.

Пускай судьба тебя голубит,
И страсть безумная смешит;
Но и тебя никто не любит,
Никто тобой не дорожит.

Гусар! Ужель душа не слышит
В тебе желания любви?
Скажи мне, где твой ангел дышит?
Где очи милые твои?

Молчишь – и ум твой безнадежней,
Когда полнее твой бокал!
Увы – зачем от жизни прежней
Ты разом сердце оторвал!..

Ты не всегда был тем, что ныне,
Ты жил, ты слишком много жил,
И лишь с последнею святыней
Ты пламень сердца схоронил.

АЛЕКСИС (со смехом, подпадая под настроение Мишеля). Внешне ты мало изменился, лишь раздался в плечах, и гусарская бравада так и прет.
МИШЕЛЬ. Все детство в Москве я рос среди кузин, словом, в милом женском обществе, а в Школе впервые оказался среди мужчин, недалеких и грубых, и я сделался среди них бесстрашнее и циничней всякого. Теперь мне море по колено, самое время явиться в свете.
АЛЕКСИС. Гусар и рыцарь Мишель Лерма?
МИШЕЛЬ. О, да! Вступая в свет, я увидел, что у каждого есть какой-нибудь пьедестал: богатство, имя, титул, связи… Ничего этого у меня нет… Но я увидел, что если мне удастся занять собою одну особу, другие незаметно тоже займутся мною, сначала из любопытства, потом из соперничества.
АЛЕКСИС. Ну, как?
МИШЕЛЬ (расхохотавшись). Алексис! Говорят, ты приехал свататься?
АЛЕКСИС (тоже расхохотавшись). Кто говорит? Это же тайна?
МИШЕЛЬ. Не могу утверждать, что тебя уж очень ожидают. Может быть, просто не в курсе относительно твоих намерений?
АЛЕКСИС. Ха-ха-ха! Я сам не уверен относительно моих намерений!
МИШЕЛЬ. Но Катрин Сушкова уверяет, что ты любишь ее.
АЛЕКСИС. Как! Мишель ты возобновил с нею знакомство?
МИШЕЛЬ. Получив известие о том, что ты собираешься в Петербург свататься, естественно, я встретился с Катрин, чтобы подготовить для тебя почву, чем занялась Сашенька Верещагина, по твоей просьбе. Вот откуда мне все известно. Но Катрин я сказал, что я все знаю от тебя, поскольку мы друзья, и у нас нет тайн. Не выдавай меня.
АЛЕКСИС. Ну, так поедем к ней!
МИШЕЛЬ. Поедем? Она живет за два дома отсюда. Явиться запросто мы не можем. Тут не Москва. Меня принимают, как соседа, а ты жених с пятью тысячами душ, важный господин, которого станут принимать и привечать по всем правилам, весьма чинно. Боюсь, я не выдержу и все испорчу.
АЛЕКСИС (рассмеявшись). Ты прав!
МИШЕЛЬ. В доме задает тон тетка Марья Васильевна, женщина властная и необразованная, но именно она занималась воспитанием Катрин, чем весьма гордится. У нее есть сестра Лиза, вчерашняя институтка. Обрати на нее внимание. Я бы на твоем месте на ней женился.
АЛЕКСИС. А Катрин?
МИШЕЛЬ. Было время, когда она мне нравилась…
АЛЕКСИС (расхохотавшись). Как же! Как же! Я помню. Мишель, как ты страдал! Ха-ха-ха!
МИШЕЛЬ. Теперь она почти принуждает меня ухаживать за нею…
АЛЕКСИС. Это я знаю по себе.

       Друзья снова расхохотались. Независимо от причин, им было весело, точно вернулись в золотые дни детства.

МИШЕЛЬ. Но, не знаю, есть что-то такое в ее манерах, в ее голосе грубое, отрывистое, надломленное, что отталкивает; стараясь ей нравиться, находишь удовольствие компрометировать ее, видеть, что она запутывается в собственных сетях.
АЛЕКСИС. Как! Она принялась за тебя, Мишель? Отвергнув тебя в студенческой куртке, нашла завлекательным в гусарском мундире? О, женщины!
МИШЕЛЬ. Мы с тобой соперники, друг мой! Я поклялся m-lle Catherine вызвать тебя на дуэль, если она отдаст предпочтение тебе.
АЛЕКСИС (с новым взрывом хохота). И она поверила?!

    Входит Святослав.

МИШЕЛЬ. На время я вас оставлю. (Уходит.)

Сцена  4

Дом Беклешовых. Маленькая гостиная и комнаты барышень. Катрин и Лиза.

               ЛИЗА
Приехал Лопухин? Он что-то долго,
Весь месяц, едет. Ты устала ждать.
Задумчива, рассеянна, вся в грезах…
Я знаю, кто тебя разволновал.
Но он же беден; чтоб жениться, службу,
Едва вступив в нее, оставить должен:
А жить – на что вы будете и где?
             КАТРИН
Ты очень рассудительна, сестра!
И, кажется, нашла уж жениха…
И я, решив быть рассудительной,
Остановилась на Лопухине.
               ЛИЗА
Мишель явился, Демон-искуситель!
             КАТРИН
Приедет Лопухин, все разъяснится.
Меня он любит, пусть и без волненья,
Но глубоко; меня он успокоит;
Я расскажу, что учинил Мишель,
Ведя со мною странную игру.

   Входит Мишель, расстроенный, бледный, точно болен.

Что с вами? Вы больны? Сидели б дома!
             МИШЕЛЬ
Приехал Лопухин…
               ЛИЗА
       (выходя в большую приемную, где у тетушки играли в карты)
                                  Но где же он?
             МИШЕЛЬ
Придет он завтра. Ожидал я встречи
Друзей! А встретились мы как враги,
Поскольку знает обо мне он все:
И об ухаживаниях за вами,
Танцуя только с вами на балах.
И он не прочь и от дуэли с другом!
              КАТРИН
         (закрывая глаза)
Дуэли?! Это сон ужасный снится
Из детства, из моих воспоминаний.
             МИШЕЛЬ
Он объявил, сказать? Я вас люблю!
И впрямь: я вас люблю! И нам с ним тесно
На этом свете!
              КАТРИН
                           Боже! Что делать мне?
              МИШЕЛЬ
Любить меня!
               КАТРИН
                         А он? Мое письмо
С согласьем на приезд, на предложенье,
Как дядюшки посмотрят на него,
Что значило почти что одобреньем
Всех помыслов его и притязаний?
              МИШЕЛЬ
       (с коварной улыбкой, едва удерживаясь от смеха)
Решайте! Или пусть решит судьба,
Сказать иначе, пистолет.
              КАТРИН
                                           Мишель!
Я склонна думать, это все игра.
Вы шутите, разыгрывая нас,
Меня с Лопухиным, и заигрались.
Остановитесь и во всем признайтесь,
Пока не поздно. Мы все посмеемся.
Останемся друзьями.
              МИШЕЛЬ
                                     Невозможно!
Послушайте, приедет он к вам завтра.
Не говорите с ним вы обо мне,
Ну, если не начнет, конечно, сам.
И об намереньях его ни слова
Родным. Ведь он увидит очень скоро,
Как вы к нему переменились.
               КАТРИН
                                                      Я?!
Я не переменилась, я все та же,
Я все его люблю и уважаю.
               МИШЕЛЬ
О, это не любовь. Я вас люблю!
И вы ведь любите меня, иль это
Случится непременно; быть иначе
Не может, знайте: я не уступлю
Вас никому. Хочу любви я вашей!

Лиза показывается. Мишель, рассмеявшись, раскланивается и уходит, звеня саблей и шпорами через большую приемную.

Сцена  5

Дом Беклешовых. Обед в столовой заканчивается и публика показывается в большой приемной зале. В маленькую гостиную входят Катрин и Лиза.

               ЛИЗА
Когда приехал утром Лопухин,
Ты холодно держалась с ним…
              КАТРИН
                                                        При тетке!
Как и она, не знаю почему.
Смотрела свысока, сидела с нами,
Иль то и дело подходила  к нам,
А то б накинулась я на него
С упреками за разглашенье тайны
Сердечных отношений между нами,
Когда не объяснились мы еще?
Я в ложном положенье оказалась
С Мишелем, чем воспользовался он
Во всеоружии ума и воли.
             ЛИЗА
Вмешался кстати дядя Николай
Васильевич, да с просьбой пригласить
Лопухина сегодня на обед…
            КАТРИН
Ну, за обедом он разговорился,
Припомнив наши по Москве прогулки,
Расспрашивал о выездах моих,
И я растаяла, забыв на время
О похождениях у нас гусара,
Который мне приснился этой ночью:
Весь залит кровью, ранен на дуэли…
Пытаюсь труп его сменить на труп
Лопухина – никак не удается.
Он здесь же беленький, весь розовый,
С самодовольною улыбкою!
               ЛИЗА
О, успокойся ты! Всего лишь сон.
             КАТРИН
Мне совестно перед Лопухиным,
Но сердце замирает за Мишеля!

Входит Лопухин, явно повеселевший и более подвижный, чем обычно.  Катрин и Лиза переглядываются. Катрин уходит с Лопухиным в свой кабинет.

АЛЕКСИС (осматриваясь вокруг). Помните ли, что вы писали Сашеньке в ответ на ее письмо?
КАТРИН. Конечно. Это было так недавно.
АЛЕКСИС. А если бы давно, то вы бы забыли или переменились?
КАТРИН. Не знаю и не понимаю, к чему ведет этот допрос.
АЛЕКСИС. Сразу и допрос.
КАТРИН. Я живу в доме тетки, где по любому поводу могут мне учинить допрос. Здесь моя комната, где я, по крайней мере, вольна в своих мыслях и чувствах.
АЛЕКСИС. Могу ли я объясниться с вашими родными?
КАТРИН. Ради бога, подождите! Прежде всего вам бы следовало объясниться со мной. Вы попросили Сашеньку писать мне. Она написала очень витиевато, хотя в своих суждениях она всегда пряма. Очевидно, вы витиевато выразились, что она воспроизвела.
АЛЕКСИС. Зачем же ждать, если вы согласны?
КАТРИН. На что? Попросили ли вы моей руки прямо? Вы попросили лишь позволения приехать в Петербург.
АЛЕКСИС. Я приехал! Чего еще ждать?
КАТРИН. Все лучше; постарайтесь понравиться Марье Васильевне, играйте с ней в вист… Она здесь главное лицо, а не мои добрейшие дядюшки.
АЛЕКСИС. Неужели она может иметь на вас влияние? Я стараюсь нравиться только вам, я вас люблю более жизни и клянусь все сделать для вашего счастья, лишь бы вы меня немного любили.
КАТРИН (в слезах). О, благодарю! Но…

Входит Николай Сергеевич, предлагает гостю сигару и уводит его в свой кабинет, где он занимался лишь раскладыванием пасьянса.
По дому зажигаются свечи и лампы. В большой приемной Лопухин весело играет с Марьей Васильевной в вист. Катрин, взяв свое вышивание, усаживается у карточного стола.
За роялем Лиза. Ладыженский стоит рядом.

АЛЕКСИС (откланиваясь, Катрин). Увы! На бал у генерал-губернатора московского провинциала не пустят. Как бы мне хотелось увидеть вас в бальном платье!
МАРЬЯ ВАСИЛЬЕВНА (холодно и свысока). А вы, Алексей Александрович, приходите завтра вечером проводить нас на бал.
АЛЕКСИС. О, благодарю вас! Непременно буду. (Уходит.)

За роялем Ладыженский. Лиза поет какой-то романс.

Входит Мишель. Катрин со своей работой остается у карточного стола. Николай Васильевич, понимая, что теперь племянница с Лопухиным, сочувственно заговаривает с маленьким гусаром.

              МИШЕЛЬ
Играют все, Катрин лишь за работой.
Была, наверное, на исповеди.
Быть добродетельной, небось, приятно.
Но только эта благость ненадолго.
     НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ
Всему свой час – молитвам и потехе!
             МИШЕЛЬ
Приехал Лопухин, московский гость,
Катрин уже не смотрит на соседа,
С которым танцевала на балах
Самозабвенно. Как же, он богат!
      НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ
Танцоры хороши лишь на балах,
В мужьях же ценят знатность и богатство, -
Таков уж свет и новости тут нет.
              МИШЕЛЬ
        (откланиваясь, Катрин)
На завтрашнем балу увижусь с вами:
Позвольте пригласить вас на мазурку?
               КАТРИН
Поскольку там Лопухина не будет,
А вы меня заране попросили,
Я имя ваше ставлю на мазурку.
               МИШЕЛЬ
Хоть имя помните? Мишель Лерма.
         (Звеня шпорами, удаляется.)
     НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ
Какой еще Лерма?
                КАТРИН
                                 То имя предка,
Поэта, чародея из легенды,
Да из Шотландии минувших лет.
Из рыцарей, а значит, из гусар,
Как он, из самых буйных и отпетых.
      НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ
            (со смехом)
А что? Пример хорош для подражанья.
И то-то дерзок на язык и весел…

Марья Васильевна прислушивается, Николай Васильевич и Катрин, переглянувшись, замолкают.



« | 1 | 2 | »
Назад в раздел | Наверх страницы


09.11.16 К выборам президента в США »

04.11.16 История болезни »

01.11.16 Банкротство криминальной контрреволюции в РФ »

19.10.16 Когда проснется Россия? »

10.10.16 Об интервенции и гражданской войне »

09.10.16 О романе Захара Прилепина "Обитель". »

07.10.16 Завершение сказки наших дней "Кукольный тандем". »

03.10.16 Провал сирийской политики США »

18.08.16 «Гуманитарная война» Америки против всего мира »

05.08.16 Правда о чудесах »

Архив новостей

Наши спонсоры:


   Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Copyright © "Эпоха Возрождения" "2007, Петр Киле, kileh@mail.ru  
Все права защищены