Эпоха Возрождения - это вершина, с которой мы обозреваем мировую культуру в развитии, с жизнью и творчеством знаменитых поэтов, художников, мыслителей, писателей, композиторов, с описанием выдающихся созданий искусства.
Новости Города мира, природа. Дневник писателя. Проза Лирика Поэмы Собрание сочинений Приложения. Галерея МОДЕРН_КЛАССИКА контакты
В истории человечества не было веков без вспышек ренессансных явлений.
Опыты по эстетике ренессансных эпох,
а также
мыслителей, поэтов
и художников.
Ход мировой
истории под знаком Русского
Ренессанса.
Драмы и киносценарии о ренессансных
эпохах и личностях.
Стихи о любви
Все о любви. Стихи и эссе. Классика и современность.

 

 

Петр Киле СИМОНЕТТА Драма

АКТ  III

СЦЕНА  1

Санкт-Петербург. Улица Чайковского. Арсений и Симонетта.

                  ХОР
  (в танцевальных движениях на другой стороне улицы)
Вдоль улицы Чайковского с небес
Над городом, Северной Пальмирой,
Чудесный предвечерний свет сиял...
У здания классической эпохи
Остановилась иномарка; дверцы
Открылись, и выходят две особы,
Одетые, как все, но столь изящно,
И обе стройны, с грацией движений,
Как будто в том вся радость бытия.

Синхронно хлопнув дверцами, смеются;
Машина, тронувшись, в туннель двора
Уходит. У подъезда на ступеньках
Особ встречает молодой красавец
Сережников Евгений, репетитор.
Своим ключом он открывает дверь,
Впускает мать и дочку, с ними в лифте,
Теснясь, глаза в глаза, взлетает вверх...
Улыбки, реплики, невольный смех,
Касанья, лифт-то старый, весь трясется;
У женщины, еще ведь молодой,
И красота, и макияж, и шарм
Успешной, деловой, ну и богатой;
У девочки-подростка, взрослой уж,
И юность ломкая, как понарошку,
И живость грациозная до счастья,
И грусть, что ничего еще нельзя.

                  СИМА
            (рассмеявшись)
Семейка милая, а где же муж?
              ЕВГЕНИЙ
        (взглядывая, мол, сейчас, сейчас)
Открыл им дверь водитель (и охранник),
Прошедший с черной лестницы в квартиру,
Просторную, на весь этаж, с ремонтом
Под старину в гостиной, в спальне, кроме
Столовой с кухней, современных кстати.
«Мартын, до завтра ты свободен. Завтра, -
Хозяйка повелела, - как обычно!»
Мартын, довольный, поспешил уйти,
Взглянув на репетитора ревниво,
Крупноголовый, плотный мужичок.
                 СИМА
Шикарная квартира – весь этаж!
               ЕВГЕНИЙ                 
Мария принялась готовить ужин,
Прислушиваясь к голосам в столовой,
Где Ксения уроки отвечала,
Переходя порою на английский
По знаку репетитора, который
Как бы случайно поправлял ее, -
Его слова приятно повторить.
Его слова невольно повторяла
И мать на кухне, ведь уроки он
И ей давал; училась в институте
Заочно, чтобы преуспеть в делах
И с полным правом фирму возглавлять.

Училась Ксения в гимназии,
Почти что частной и весьма престижной,
А уследить за нею, как дела
Мария не могла, забыв познанья
Из школьных лет за юность бурную,
Ну, начисто, как будто не училась.
Вот потянулась мать за дочерью
Да с репетитором к вершинам неким,
Ошибки молодости выправить
И выйти из задворков в высший свет.
Но муж не захотел понять Марию,
Интеллигент, успевший обрести
Вид уголовника, ухоженного,
Но в мыслях, с речью из сплошного мата
И вспыльчив в спорах до рукоприкладства,
Что смолоду вело к горячке страсти,
Все примиряющей в истоме... смерти?
                   СИМА
Ага! Становится уж горячо!
                ЕВГЕНИЙ
Максим Суханов жил один в квартире,
Где жили вместе до приобретенья
Квартиры антикварной, со свободой
Холостяка, в загул пускаясь, словно
В отместку шлюхе, взявшей в оборот
Студента, озабоченного сексом,
Сыгравшей роль невинности и жертвы,
С поспешною женитьбой, - понесла!
И с олухом предстала перед крестным
Отцом, натешимся уж ею всласть.
С приданым отпустил, чтоб муж затеял
Дочернью фирму, он и преуспел,
Трудясь, поди, как на галере раб.
                   СИМА
Мы знаем, кто таков: раб на галере!
               ЕВГЕНИЙ
Теперь Мария - гендиректор фирмы,
Принадлежащей Ксении, - наследство
От крестного отца, - какая щедрость!
Что это означает, ясно всем.
Сухановым попользовались просто,
Со всех сторон и гонят вон взашей!
Максим для объяснений заезжал
Домой; за спорами и ужином,
Когда без крика, мирно, вдруг Мария
Смолкала, пальцем призывала в спальню,
Наедине, без дочки, посчитаться, -
С нахлынувшим волненьем как бороться,
Природа и привычка брали вверх,
А трахнуться они всегда любили, -
Но это к примиренью не вело,
Скорее  возрастали стыд и злость.
Она гнала его, он не остался б,
Чтоб ночью вдруг не задушить ее.

СЦЕНА  2

Квартира Сухановой Марии в доме по улице Чайковской. Мартын и Максим в комнате с окнами во двор со стороны черной лестницы.

МАКСИМ. Когда ни приеду, тут этот репетитор. Здесь чисто? Занимаются всерьез?
МАРТЫН. Ну да! Послушать, можно одуреть.
МАКСИМ. Да, Ксюша - умница. Что и Мария?
МАРТЫН. Она-то учится и по-английски выпендривается не хуже Ксюши.
МАКСИМ. А ночью?
МАРТЫН. Ночью я не знаю, дома я сплю. Меня же отпускают на ночь.
МАКСИМ. А ты и рад! И кто же этот чертов... Ты разузнал? Не подсадная утка?
МАРТЫН. Нет, репетитор самый настоящий, ни Ксюше, ни Марии не спускает ни лени, ни заигрыванья с ним.
МАКСИМ. А что они?
МАРТЫН. Обхаживают обе, в соперничество меж собой вступая. Известно, женщины, да все одни...
МАКСИМ. С Марией - ясно, юноша смазливый...
МАРТЫН. Но Ксения-то с ним играет вволю, в открытую, с подружками болтая по телефону, обсуждают тему, как репетитора ей соблазнить.
МАКСИМ. Ну, хорошо. Пускай на нем свихнутся. А мы подумаем, как им помочь.
МАРТЫН. О, нет, меня не впутывай, Максим!

Максим возвращается в просторную кухню, где любила похозяйничать Мария.

В квартире двери все раскрыты настежь, Ксения со своей комнаты все слышала, когда хотела слышать разговоры старших, как ныне, с выясненьем отношений, всю подноготную узнаешь близких, а если то касается тебя, развесишь уши, можно и заснять, оставив краба невзначай, где надо.

МАКСИМ. Все знают, ублажала ты его и после, выйдя замуж за меня...
МАРИЯ. Все, все, кроме тебя, сказать ты хочешь!
МАКСИМ. Не смей ты издеваться надо мной!
МАРИЯ. Тебе же можно!
МАКСИМ. Черт!
МАРИЯ. Не чертыхайся. И лучше не касайся этой темы.
МАКСИМ. Но, черт, с какой же стати завещал он фирму нашей дочери, ублюдок?
МАРИЯ. Чтоб ты не приложил к ней руку. Фирма - мое детище. Это справедливо. Уж верно, Бог  его надоумил!
МАКСИМ. Ну да! А я сыграл роль Гавриила.
МАРИЯ. На что пожаловаться можешь ты? Любила я тебя...
МАКСИМ. Еще бы! Лучше архангел Гавриил, чем Господь Бог, принявший вид голубки.
МАРИЯ. Знаю я, о чем ты. «Гавриилиаду» в школе еще читала. Лучше эту тему тебе оставить.
МАКСИМ. Лучше? Для кого? Я был уверен: Ксюша - дочь моя. Признайся!
МАРИЯ. В чем должна признаться я?
МАКСИМ. Ты убедила босса при смерти, что Ксюша - дочь его, чтоб фирмой...
МАРИЯ. Ух ты!
МАКСИМ. Я угадал?!
МАРИЯ. Сказать бы мне, мол, да. Но лучше правда. Пусть все прояснится. Благополучье дочери всего дороже мне.
МАКСИМ. Что это значит, черт?

Между тем Максим вкусно поел, выпил и потянулся руками к жене, и они уединились в спальне.

                 МАРИЯ
Тебе хотелось верить, ты и верил,
Что Ксюша - дочь твоя. Так было бы,
Когда б не эта фирма, с ней срослась
Душа моя, как с делом рук моих.
Однажды шеф подъехал - на прощанье,
Ведь жить осталось считанные дни.
Он знал, главою фирмы не оставят
Меня его наследники, что делать.
А Ксения вертелась тут вокруг,
Скакала, прыгала, как понарошку,
Стараясь всех привлечь к своей особе.
Он улыбался, глядя на нее...
Я и сказала, пусть, мол, фирму ей
Оставит. Пальцем мне он: не шути!
Уехал!
              МАКСИМ
                И оставил фирму Ксюше,
Решив, что от него ты понесла?
                МАРИЯ
При завещаньи экспертиза - все,
Как надо, Господь Бог надоумил.
              МАКСИМ
Со всех сторон меня ты обошла!
                МАРИЯ
Никто тебя не обходил, ты сам.
Увел от старика, затеял дело, что же,
И загулял, в бандита превратился.
Мы вынуждены жить с охранником!
              МАКСИМ
И с репетитором!
                МАРИЯ
                                 О, здесь для нас
Как раз отдушина. Его не трогай:
Ты головою отвечаешь, знай!
               МАКСИМ
Но Ксюша - дочь моя, я спас бедняжку
От матери ее и от убийцы,
Уверовавшего, ну, как же, в Бога.
Я спас тебя, женившись по любви
С опасностью для жизни!
                 МАРИЯ
                                               Это знаю.
Интеллигент, влюбившись в шлюху, слабость
Двойную выказал, - пришлось спасать
Из нас кого? С его-то благородством
И восхищеньем женской красотой.
               МАКСИМ
О чем ты говоришь?
                 МАРИЯ
                                      Натешившись,
Меня б забыли, если б не явился
Влюбленный рыцарь, Дон-Кихот несчастный.
Я заложила душу дьяволу,
Чтобы его спасти, я стала шлюхой,
Какой он не встречал, я им играла,
А он содействовал моей карьере,
Да и твоей... На что ты жалуешься?
               МАКСИМ
Ах, значит, все прекрасно, милая
Маркиза? Я обязан жизнью ей,
Гетере, сколочившей состоянье,
И леди из гламурного журнала!
Но только это пиррова победа.
Дом на песке. Гламур и Голливуд!

СЦЕНА  3

Квартира Сухановой. Ксения, Евгений, Мария.

                ХОР
Подвижность детская, прыжки, скаканья
У Ксеньи чаще превращались в танцы,
Как на тусовках, или у шеста,
В телодвиженья стриптизерш нарочно,
Ко смеху взрослых; опыт обретя,
Решилась репетитору представить
Игру со съемкою на видео.
А он, унять ее не в силах, вышел
За дверь, она - за ним полуодета,
Смеясь тому, что обратила в бегство.
Мария поняла, что приключилось,
Велела дочери пойти к себе,
Мол, я с тобой еще поговорю.

              ЕВГЕНИЙ
         (заступаясь за девушку)
Да, все в порядке. Грация движений
Все скрадывает – и она невинна.
                МАРИЯ
Вы разбираетесь в стриптизе тоже?
              ЕВГЕНИЙ
Сужу по впечатлениям своим...
Да, я заглядывал в ночные клубы,
По фильмам Голливуда все ясней,
Но больше я по женщинам сужу,
Как ходят все, одетые едва,
Ведь юбка укорочена иль блузка,
Полуоткрыты талия и груди;
А в брюках, то в обтяжку - щеголяют,
Как обнаженные во всех движеньях,
Еще чуть-чуть и танец у шеста.
Когда есть грация, то все прекрасно,
Или всего лишь шаржи и уродство.
                МАРИЯ
А это вам уже не нравится.
             ЕВГЕНИЙ
Я убежден, что красота не может,
О, не должна она служить пороку,
И даже оголяться, снисходя
До низменных страстей, в чем нет отрады,
Как в войнах и убийствах, только стыд.
                МАРИЯ
Вы правы совершенно. Я согласна.
Вы, видно,  репетитор по призванью.

       Выглядывает Ксения.

               КСЕНИЯ
А у меня по физике вопрос…
                МАРИЯ
Позанимайтесь! Я спеку пирог.
              ЕВГЕНИЙ
На чай я не останусь.
                МАРИЯ
         (с изумленьем)
                                      Что такое?
             ЕВГЕНИЙ
 Не гость я ваш, не за общенье с вами,
Увы, беру я деньги за работу.
              КСЕНИЯ
         (с милой улыбкой)
Но это интереснее всего! –
Общенье с репетитором! Мне все
Завидуют, и видео мои
Просматривать готовы вновь и вновь!
               МАРИЯ
Общение дошло уж до стриптиза.
Об этом не проговорись ты в школе!

     Все рассмеялись, и Сережников за благо счел уйти.

              КСЕНИЯ
А физика?!
               МАРИЯ
                    А у него свиданье!

Закрылась дверь, и в тишине квартиры раздались вдруг поспешные шаги; мать с дочерью в испуге оглянулись: Мартын замки проверить подошел.

Что ты здесь ходишь? Я же отпустила,
И ты ушел… Выходит, ты остался?
               МАРТЫН
Та дверь не закрывалась так, как нужно.
Теперь же все в порядке. Ухожу!
      (Уходит, захлопнув важно дверью.)
               КСЕНИЯ
           (с усмешкой)
По-моему, он нас ревнует к Жене.
               МАРИЯ
           (вся вспыхивая)
А нужен нам охранник?! То придумал
Отец твой, чтоб держать меня на мушке.
Машину я сама могу водить
И постоять за нас. Вот это дело!
С Максимом и Мартына я уволю,
Свободу обрету я наконец-то!
              КСЕНИЯ
А что в охранники Сережникова
Нам пригласить?
              МАРИЯ
                              Ну, размечталась. Брось!

 Диалог по телефону.

МАКСИМ. Чем это Мартын не угодил тебе? Охранник и водитель – безопасность!
МАРИЯ. Понятно. Только он – твой протеже. Наперво, ты знаешь, мне от вас нужна защита. Замки и коды – все сменить придется.
МАКСИМ. Валяй! Замки и коды не спасут!
МАРИЯ. Угрозы? Что ж! Охранником найму я репетитора, по мысли Ксюши! (Она отключилась.)
МАКСИМ (снова возник, проговаривая свои мысли вслух). Придется отвадить красавчика от дочки и жены.
МАРИЯ.  Дурак! Ты головою отвечаешь за юношу. Ведь вам он не чета! (Она вновь отключилась.)

СЦЕНА  4

Санкт-Петербург. Студенческий бал-маскарад. Идут танцы и представления на разных площадках и на сцене.
Макс и Света в вечернем платье и полумаске издали наблюдают за Симонеттой, больше занятой устройством бала, чем танцами.

МАКС. Хочешь, познакомлю с одним парнем?
СВЕТА. Кто это?
МАКС. Сын олигарха. Видишь Арлекина?
СВЕТА. Этот высокий?
МАКС. Да.
СВЕТА. Он же дурак!
МАКС. Артист! Ты легко можешь подыграть ему.
СВЕТА. Макс, тебя тянет на роль сутенера? Обойдусь без тебя, как и Сима. (Отходит от Макса, заметив Евгения в полумаске, который следовал издали неотступно за Симонеттой.)

Идут выборы королевы бала, и на сцену среди других девушек выходит Симонетта в платье «Весны» Боттичелли.

               ХОР
  (в танцевальных движениях)
О, Симонетта, Симонетта!
Ты мне приснилась, ангел света,
Как Боттичелли эти сны
Увидел в образе «Весны»!

О, Симонетта, для примера
Явилась ты и как Венера
Из моря таинством мечты,
Нагой, богиня красоты!

О, Симонетта! Симонетта!
Куда уносится планета
В сияньи дня, во тьме ночей
Во красоте твоих очей!

             СИМА
       (в короне спускается в зал)
Я слышу славословья Симонетте,
Красавице, невиданной на свете.
Все девушки прекрасны по весне,
    Хотя бы в грезах, в тишине!

    Все принимаются танцевать вместе с Хором.

          ЕВГЕНИЙ
         (танцуя с Симонеттой)
Обычно не танцую, да и возраст,
Но снова юн, пленен я красотою
Высокой стройной девушки, с походкой,
Влекущей взор, пленительной и легкой,
Как муза Терпсихора в Эрмитаже,
С лицом же Афродиты юной Нани,
По имени коллекционера.
              СИМА
            (смеется)
Я знаю Терпсихору в Эрмитаже,
А с Афродитой Нани познакомлюсь,
Чтоб стать немножко на нее похожей.
          (Казалось, она запела.)
Люблю я танцевать, как Терпсихора,
Прекрасная и негой чистой взора,
И ростом, и фигурою - мечта,
И грацией волшебной - красота!
Из детства все скакала, вся движенье,
Веселость, и любовь, и вдохновенье!
Вся жизнь была стремленьем и мечтой:
Как солнце, засияла красотой!
Знаменье времени, и я такая:
Из света вся, как драгоценный камень,
Рожденный в недрах гор, как и цветок
С лугов альпийских, - красоты исток!
Прекрасная и негой ясной взора,
Люблю я танцевать, как Терпсихора!
              ЕВГЕНИЙ
Нет мочи! Только б целовать тебя,
В объятиях сжимая с негой страсти,
Да здесь не смею; мы бежим отсюда
По крышам города заре навстречу
Во беспредельность счастья и любви!
                СИМА
Бежим, коль знаешь, как нам выбраться
На крышу и взлететь заре навстречу
Во беспредельность счастья и любви!
       (Покидают бал.)

СЦЕНА  5

Москва. Квартира Ромы; в окнах виды Москвы. Рома и Юлия предстают то в одежде, то в постели, то в ванне и снова в одежде, чтобы выйти в город.

               ЮЛИЯ
           (ласкаясь)
Ты мой Ромео, милый симпатяга!
Один твой вид и взор – о, сколько счастья!
                РОМА
Мой взор – то зеркало любви моей.
Мой взор сияет красотой твоей!
               ЮЛИЯ
Хорош ответ, и поцелуй твой сладок.
Ну, как еще со мной, Ромео, сладишь?
                РОМА
Ромео? Нет! И ты ведь не Джульетта,
Хотя прекрасна ты на целый свет.
      Зачем нам роли в пьесе этой,
       Когда ее печальней нет?
               ЮЛИЯ
Печаль в конце, а смерти не минуешь.
Да ты еще меня весьма ревнуешь.
                РОМА
Не ревность это и не зависть, - страх,
Что я никто твоих родных в глазах.
                ЮЛИЯ
Что мне до них, Ромео, я Джульетта,
Влюбленная в запой, как у поэта,
И звезды в небесах – то мой венец,
С гирляндами созвездий, как колец.
                РОМА
Любовь как плавание в океане,
Хотя плескаемся с тобой мы в ванне.
Да, наши страсти смехотворны, секс
Скоропалительный – то наш успех!
               ЮЛИЯ
Смеешься надо мной? Сам любишь натиск,
Когда и не поймешь, что это значит.
                РОМА
А что тут понимать? Струится кровь,
В объятиях моих сама любовь,
Нежна, стройна, живот и стан Киприды,
В очах же неги сокровенной виды…

Встают с постели, чтобы перекусить, набраться сил для новых схваток или расстаться.

                РОМА
        (одевшись, прощаясь)
Когда увидимся?
               ЮЛИЯ
                                 А, как вернусь!
                РОМА
Неделя? Месяц? О, какая грусть!
Когда мы влюблены – к чему разлука?
    И так вся жизнь – сплошная мука!
                ЮЛИЯ
    Займись делами, милый мой,
    Чтоб я всю жизнь была с тобой!
             (Уходит.)

СЦЕНА  6

Квартира Ромы. Входит Рома. Улица, по которой идет Юлия; диалоги по телефону.

               ЮЛИЯ
Как город изнывает в сизом смоге,
    Была я целый день в тревоге…
    Не отзывался, не звонил!
    Когда бы только разлюбил?
               РОМА
А что случилось? Я ведь отключаюсь,
Когда в работе иль бесцельно маюсь…
               ЮЛИЯ
Мне все мерещилось: ты весь в крови…
Я плакала впервые от любви!
Она столь сладостна и столь безмерна,
Как открывается всей жизни бездна.
И Ад, и Рай не выдумки, о, нет!
                РОМА
Увы, таков весь этот белый свет!
               ЮЛИЯ
     Да, жизнь не вся в любви и в розах.
     Мне надо знать о всех угрозах.
                РОМА
Что ж, в розах есть шипы, я весь изранен.
Ты знаешь, я душою горд и раним.
               ЮЛИЯ
Они с тобой поговорили, да?
Тебе я недоступна, как звезда?
                РОМА
Постой! Для них я мальчик, как собачка,
Тебе всего лишь для прогулок, бяка.
Ему ль мечтать как о своей невесте?
Так, граф Парис сосватался к Джульетте?
                ЮЛИЯ
А мне какое дело, если ты
Все звезды неба, слезы и мечты!
Я ехала к тебе, чтобы остаться.
    Встречай! У нас ночь счастья!

Комната с окнами на ночной город и звездное небо. Входят Рома и Юлия, проделывая все то, о чем звучат их голоса то вслух, то как внутренняя речь.

         ЮЛИЯ
А за окном какая ночь!
         РОМА
И шторы, и одежды прочь...
        ВМЕСТЕ
Наедине мы в целом мире,
Забыться вправе в пире
В честь юности твоей
И возмужалости моей.
          ЮЛИЯ
Так, хорошо, он словно ожил,
Эрота заиграли вожжи.
О, не спеши, ямщик. Постой!
       (Глядит в небеса.)
Весь миг овеян красотой:
Луна здесь, на твоей макушке.
Мы здесь и там, как две лягушки!
Смешно? Мы над Землей летим.
Поем любви вселенской гимн.
       (Снова задвигавшись.)
А ты же продолжай, дружище,
Пусть небо будет нам жилище!

               ХОР
Эротика влюбленных, что стихи
Пленительные, отнюдь не грехи.
Здесь головокружительная нега
    Светлей и чище снега.
    О, друг мой, не спеши!
Любовь - ведь пробуждение души,
Стремленье к высшей красоте
    И преданность мечте.
    Грех начинается с измены,
    И нет печальней сцены,
Когда влюбленность - лишь туман,
Или прельстительный обман.
     Любить же, сердцу верить,
     Как жизнь до звезд измерить.

СЦЕНА  7

Лондон. По набережной с известными видами города идут Арсений и Рома.

              АРСЕНИЙ
Заехал в Лондон, чтоб в Париж умчаться?
                 РОМА
Да, свидеться с тобой по просьбе мамы.
              АРСЕНИЙ
Прекрасно. Только что ж спешить в Париж?
Там деловая встреча? Чем ты занят?
                 РОМА
Есть всякие дела, но врать не стану.
Выходит замуж девушка, с которой
Учился в школе я и встретился
В Афинах. Я успел о ней забыть,
А был влюблен и сам же пренебрег
Не ею, чувством, все оставив втуне,
Ее отец разбогател в то время,
И жизнь у ней пошла совсем другая,
Не школьницы, а словно бы модели.
Мы встретились случайно. Посетили
С ее подругой Лесбос. Лесбиянок
Они разыгрывали, как в кино,
Флиртуя потихоньку и со мной.
              АРСЕНИЙ
О чем ты говоришь? При чем Париж?
                 РОМА
В Париже свадьба. Свидеться хочу
В последний раз, навеки, на прощанье.
              АРСЕНИЙ
Она тебя на свадьбу пригласила?
                 РОМА
Конечно, нет. Мы с нею распрощались,
Клянясь в любви до гробовой доски.
              АРСЕНИЙ
          (весьма озадаченный)
Так, распрощались вы. Зачем же едешь?
                 РОМА
Куда ж мне ехать? Что же предпринять?
На свадьбу не пойду. Меня не пустят.
Увидеть я хочу ее в Париже,
Не знаю почему, и умереть.
             АРСЕНИЙ
Какое милое ребячество!
                РОМА
Нет, нет, о смерти я не думаю,
Хотя готов к ней. Свидеться хочу
Вот, как над Темзой, на мосту над Сеной,
Как если б наша жизнь там вся прошла,
Когда ты знаешь, лучше не бывает.
             АРСЕНИЙ
Мне мысль твоя понятна и близка.
Отечество ведь наше – и Париж,
И Лондон, и Нью-Йорк, и Петербург.
                РОМА
Флоренция с Венецией и с Римом?
             АРСЕНИЙ
Мы не космополиты, нам близка
Культура Возрождения, поскольку
На ней воспитаны мы с детских лет.
                РОМА
«Железный занавес» не был помехой?
             АРСЕНИЙ
Конечно, нет. Росли на классике
Античной, всех народов и времен,
Как это было, да, еще недавно.
                РОМА
А кто – на битлзах и рокенроле,
Кому как повезло в причудах моды.
Теперь о деле. Мама попросила
Узнать о помыслах твоих насчет
Отцовского наследства – и о тайных,
Тебя хоть в чем-то обойти боится.
             АРСЕНИЙ
Она столь деликатна, ей доверюсь
Без всяких притязаний, без обид,
Как бы она ни рассудила – в память
О близком ей особо человеке.
Тебе уж время ехать на вокзал.
Когда еще увидимся, кто знает?
               РОМА
Вот свиделись. Мне стало веселей.

СЦЕНА  8

Париж. Комнаты в отелях:  Юлия и Рома с мобильниками.

               ЮЛИЯ
Не стану я играть с тобою в прятки.
Я в мире, где иные уж порядки,
Где правила блюдет не мой отец,
А всемогущий Золотой телец.
И как ты догадался? Я в Париже!
                РОМА
А голос ласковый – нельзя быть ближе!
Нельзя быть искренней и веселей –
На рану жгучую бальзам, елей!
А в зеркалах красавиц словно стая
И роскоши аура золотая.
                ЮЛИЯ
Ты здесь в отеле? В номере моем?
                 РОМА
С тобою в мире мы всегда вдвоем.
                ЮЛИЯ
Ужели это дух твой? Ты ж не умер?
Спасти тебя, любовь оставив втуне,
Решилась я и изменить сюжет,
Заемный исстари, как этот свет.
                РОМА
Увы, в отступничестве нет спасенья!
               ЮЛИЯ
В разлуке быть с живым, о, без сомненья,
Чем с мертвым, лучше, жизни нет цены,
Как небу и цветению весны.
         (Плачет безмолвно.)
Из худших бед я выбрала разлуку,
Любовь мою и жизнь нести, как муку.
    Вступилась я за жизнь твою,
    Любя ее, как жизнь свою.
                РОМА
Во всем права. Прости! Одна лишь встреча,
    Любви торжественное вече!
Над Сеной в час заката на мосту
Я видел несравненной красоту.
Я видел с негой грусти парижанку…
    Увижу ль завтра спозаранку?

СЦЕНА  9

      Мост над Сеной. Юлия и Рома, приметные среди прохожих своею юностью и красотой.

                ЮЛИЯ
Зачем приехал? Это же безумье!
                 РОМА
    На праздник жизни? В этом шуме
Легко ведь затеряться без следа,
Как в Сене блещет легкая вода.
                ЮЛИЯ
Я думала, привиделось всего лишь
Лицо твое, как набежали волны
Волненья на глаза в тумане слез
И радость хлынула кустами роз!
                 РОМА
Увидеться с тобой, хотя бы мельком,
Вот все, чего мне здесь еще хотелось,
С явлением в просвете бытия
Прекрасного лица… О, жизнь моя!
И все исполнилось! Теперь исчезнуть
В любви моей нирване будет честно!
                ЮЛИЯ
Мы свиделись. И это все, мой друг!
Мы на чужбине, оглянись вокруг.
               РОМА
Да, это не Париж, а Вавилон!
    Смешенье рас и всех племен…
       И здесь ты всех прекрасней,
Любовь моя, и жизнь моя, и счастье!
               ЮЛИЯ
Нет, я не столь безумна. Уходи.
И от меня уж ничего не жди.
За мной идут. А здесь ты лишь прохожий,
Когда я для тебя всего дороже!

СЦЕНА  10

Номер в отеле. Рома лежит в постели; звонит снизу и входит Юлия.

                ЮЛИЯ
Ты жив! Сейчас я поднимусь к тебе…
                РОМА
О, нет! Доверься ты своей судьбе!
Меня ж оставь. Прости, прощай, Джульетта!
Всегда есть варианты у сюжета…
               ЮЛИЯ
             (входит)
Ты болен? Иль заспался, милый мой,
Ночь проведя, конечно, не со мной.
                РОМА
Ты шутишь… О, я счастлив напоследок!
Стрелок, как видишь, был не очень меток.
               ЮЛИЯ
Ты ранен? Я сейчас… Врача! Врача!
В тебя стреляли? Или… сгоряча?
                РОМА
Уж поздно. Уходи. Тебе припишут…
Оружье где-то здесь… Его отыщут…
               ЮЛИЯ
А вот оно!
                 РОМА
                      Не трогай.
                ЮЛИЯ
                                            Я взяла.
Не я ж в тебя стреляла, здесь была.
Теперь же покажи мне рану… Боже!
Стреляют в сердце, что всего дороже…
Не можешь говорить? Молчи. Сейчас…
Ничто уж больше не разлучит нас,
О, мой Ромео, я твоя Джульетта,
Мы разыграем роли в пьесе этой,
    Как подобает, до конца
    В пример влюбленным до венца!
         (Стреляет в сердце.)

 



« | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | »
Назад в раздел | Наверх страницы


09.11.16 К выборам президента в США »

04.11.16 История болезни »

01.11.16 Банкротство криминальной контрреволюции в РФ »

19.10.16 Когда проснется Россия? »

10.10.16 Об интервенции и гражданской войне »

09.10.16 О романе Захара Прилепина "Обитель". »

07.10.16 Завершение сказки наших дней "Кукольный тандем". »

03.10.16 Провал сирийской политики США »

18.08.16 «Гуманитарная война» Америки против всего мира »

05.08.16 Правда о чудесах »

Архив новостей

Наши спонсоры:


   Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Copyright © "Эпоха Возрождения" "2007, Петр Киле, kileh@mail.ru  
Все права защищены