Эпоха Возрождения - это вершина, с которой мы обозреваем мировую культуру в развитии, с жизнью и творчеством знаменитых поэтов, художников, мыслителей, писателей, композиторов, с описанием выдающихся созданий искусства.
Новости Города мира, природа. Дневник писателя. Проза Лирика Поэмы Собрание сочинений Приложения. Галерея МОДЕРН_КЛАССИКА контакты
В истории человечества не было веков без вспышек ренессансных явлений.
Опыты по эстетике ренессансных эпох,
а также
мыслителей, поэтов
и художников.
Ход мировой
истории под знаком Русского
Ренессанса.
Драмы и киносценарии о ренессансных
эпохах и личностях.
Стихи о любви
Все о любви. Стихи и эссе. Классика и современность.

 

 

ТАИНСТВА КРАСОТЫ Стихи и поэмы о любви Новая версия сборника

          Новые стихи о красоте, о юности, о жизни и любви.

 
Летом прошлого года, после долгого перерыва, с Невского проспекта я вышел через Александровский сад у Адмиралтейства на Сенатскую площадь, переименованную было на площадь Декабристов, а площади-то как таковой давно нет, лишь луга Александровского сада, да площадка Медного всадника над Невой на фоне Исаакиевского собора и зданий Сената и Синода Карла Росси, а на том берегу Невы Академия художеств, здания Университета, откуда выделили Меншиков дворец, Академия наук, со Стрелкой Васильевского острова, - мир моего детства и юности.
 
                 *  *  *
Собор Исакиевский в небе, словно древность,
И Росси красота всемирного шедевра,
С Адмиралтейством славным в унисон,
Мой город над Невой классических времен!
И там над морем вознесенный Медный всадник,
Воздвигший здесь художеств и наук рассадник.

                 *  *  *
Мой город тих и светел, как в миниатюре
Запечатленный, в вечности представ в натуре,
И я иду Невой, как в юности, вновь юн,
И слышу плеск и струй и отзвучавших струн…
Мне кажется, я здесь, как был основан город,
И Летний сад возник с прозваньем огорода,
Где юность я провел в прогулках и в мечте,
В тоске, грустя, с рожденьем новым в красоте.

                 *  *  *
Здесь все, как встарь, – река, каналы и мосты
Я узнаю, как жизнь мою, ее черты,
В пыли где иль омытые дождем до блеска
Решетка Сада, Петропавловская крепость,
Как я ходил там в Университет Невой,
С Ростральными колоннами под синевой
Вдали и ближе, с Зимнего дворца, с моста,
Откуда город мой – как .юности мечта
О славе, о любви, о счастье и бессмертье,
Об участи, которой лучше нет на свете!

На пляже у Петропавловской крепости

Как дома здесь нестрашно обнаженье:
Среди людей, а все уединенье,
Ты на природе с городом вдали,
Как уплывают в море корабли;
В сиянии небес вода струится
И там всплывает новая столица
Со стройным рядом зданий старины
Во красоте извечной новизны.

                *  *  *
Живот округлый, как на загляденье!
Коснуться бы, какое наслажденье!
Беременность? Скорее простота,
Полнеющей молодки красота.
Не тени ни смущенья, ни кокетства,
Краса девичества, еще из детства.
Я помню, - сколько лет уже прошло, -
Как яблоко, столь совершенный плод,
Исполненный любви и неги сладкой,
Что видел, может, я один украдкой.

                *  *  *
Как девушки на пляже все отважны!
Пускай за ними взгляды неотвязны,
Им нипочем, скорее напоказ
Изгибы тела и сиянье глаз,
Влекущих откровенно, без запрета,
Ведь нега счастья солнцем разогрета,
В движеньях тела торжествует секс,
В певучих вскриках нежный-нежный смех,
Как некогда в лесах неслись вакханки,
Пуская в ход обманы и приманки,
И с ними песни распевал Орфей,
Как я пою ушедшей жизни всей,
Той жизни, что покрыли клеветою,
Она восходит снова красотою.
Былое сбудется, сказал поэт,
Пока сияет над Землею свет.

                 *  *  *
Но как вдруг изменился мир знакомый!
Одетый, шел по пляжу я, влекомый
Рефлексией, мучительной, как бред,
Влачась как бы в пустыне много лет,
Повсюду замечая лишь уродства
И проявления людского скотства…
Но город над Невою возникал,
Блистательный магический кристалл,
Вновь просиявший красотой из детства
И юности нетленное наследство.

                  *  *  *
Когда вступал я в жизнь, и город был столь новым,
Из пламени времен и войн вновь возрожденным
В границах над Невой классических времен,
Объятый светлой тишиною, словно сон;
На улицах, в садах прохожих единицы,
Как будто ты в музеях северной столицы,
Весь город как музей, каналы и мосты,
Сады, где я в тоске взрастил мои мечты,
Музеи, где я забредал в тысячелетья,
Взыскуя и пугаясь всей тщеты бессмертья.

                   *  *  *
Прогулки по вершинам мировых культур!
Жизнь теплилась в изгибах мраморных скульптур,
В безмолвной пластике движений и вне смерти, -
И в том ли утешение на этом свете?

                  *  *  *
Но девушка случайно взглянет нежно,
Красуясь прелестью своей прилежно
Во имя не обмана, а мечты,
Достоинства любви и красоты.
Она как влюблена, и я, влюбленный,
Смотрю на жизнь вокруг и в небосклоны,
Исполненные негой и мечтой
И города тишайшей красотой.

                  *  *  *
Я помню всех, кто поразил меня приветом,
Вступая в связь, быть может, музою с поэтом,
Чтоб, одарив вниманьем нежным и мечтой,
Облечься Вечной женственности красотой,
Рождающей в сердцах любовь и песнопенья,
В душе моей все вновь отраду вдохновенья.

                  *  *  *
Я встретил девушку с картины Боттичелли,
С «Весны», не знал еще, с «Рождения Венеры»,
Но облик женственности милой и любви
Узнал я тотчас, как мечты и сны мои,
Запечатленные в эпоху Возрожденья,
Мне близкую всегда, источник вдохновенья,
Во исполнение возвышенной мечты
О славе, о любви пред ликом Красоты!

                 *  *  *
О, первые свиданья по весне!
Совсем одни повсюду, как во сне,
В саду ли Летнем, или над Невою,
И вод, и неба взяты синевою,
Мы предаемся дерзностной мечте
Родиться вновь в любви и красоте.
И в грезах наших не было обмана,
Как не было болота и тумана,
А город светел возникал и в ночи,
Красы его недремлющие очи
Влюбленных путеводная звезда,
И наша просияла навсегда!
Январь-февраль 2011 года.


Мгновенья счастья.

 Это история нынешних тридцатилетних в России, выросших в условиях свободы и распада СССР, в каких-то мгновеньях каждого из нас и даже тех, кто некогда жил на Земле, и тех, кто ныне живет во всех странах мира, или только-только вступает в жизнь. Это чаще воспоминания, в которых всплывают нечто заветное, потаенное, - мгновенья счастья, быть может, не замеченные в свое время. В циклах миниатюр вполне могут проступать фабулы и судьбы лирических героев.

              *  *  *
Сияя, словно день, чудесна ночь!
И жалко спать, но и заснуть невмочь.
Мы молоды, а думаешь, что стары,
От жизни словно бы уже устали.
Маячит там не старость, Смерть сама.
А как представишь всё, сойти с ума.
За жизнь, за крохи счастья – униженье,
Несбыточно и веры утешенье!

              *  *  *
Дни юности, высоких устремлений
Растаяли, как дым в лесу весеннем,
И всюду лишь пожарищей следы,
И лес как обгоревшие мечты
О жизни и о славе, о бессмертье, -
Уж ни о чем и думать-то не сметь мне!
И даже приласкаться, всё постыло,
Что так влекло и было сладко мило.

                  *  *  *
- Не спишь? – руками милую за плечи,
Она ко мне прижалась, тут уж третий
Слепым Эротом альчет между ног,
Звено связующее, он же бог!
Спустить трусы на милой с нетерпеньем,
Всё нарастающим у нас волненьем,
Мгновенье счастья, затаенный смех,
Когда все остальное точно грех,
В усильях унизительна прилежность,
А ведь любовь – волнующая нежность.

                  *  *  *
Волнения любви! О, в них вся сладость!
И жизни всей пленительная радость!

                  *  *  *
Знакомство, полное значений вещих,
Оделись значимо в какие вещи;
И встречи, созвонясь в пути домой,
Учились оба с общею мечтой
Об участи, отнюдь незаурядной…
Она всегда казалась столь нарядной
И радостной, уж словно влюблена,
Да и сияла на Земле весна.
 
                 *  *  *
Свободой нравов не играя, все же,
Они друг с другом не держались строже,
При встрече поцелуй, а он всерьез
Обнимет нежно, - ей смешно до слез.
И словно бы бежит его объятья,
Как ныне вспомнится, мгновенья счастья.

                 *  *  *
Как исчезающе мягка, упруга
Девичья плоть, всей нежности порука,
Коснуться боязно, а вдруг обнять
За плечи нежные, - как благодать!
И стройный гибкий стан до нежных бедер,
И с золотинками глаза, как в меде…
О, как я это вынес первый раз!
А знаешь, думал сделать напоказ?
И я не мог забыть всю эту сладость –
Как жизни сокровенной страх и радость.

                 *  *  *
С объятьем первым он влюбился, верно;
Она ж отпрянула в испуге: «Скверно,
Не очень и красив, он Дон-Жуан?
С достоинством в осанке, строен стан,
Хотя он ростом-то не очень вышел,
Но держится, как будто всех он выше;
Крутого не играет, но крутой,
С мужскою потаенно красотой.

                 *  *  *
И с первых встреч восторженность во взоре,
Но странная, как будто радость в горе,
С неистовыми бурями в крови,
Отчаянность в признаниях в любви,
Пугающих до головокруженья,
Мгновенья счастья, лучшие мгновенья!

                 *  *  *
- Ты любишь? Ах! – растрогана до слез,
В себе же усомнилась, да, всерьез,
В уныние впадая, в чем же дело?
Чем он не мил? Чем обойден судьбой?
Вот только очень, очень молодой
И даже не годами, а душою,
А ей пора быть молодой женою.

И встречи странны – словно это торг:
Любовь иль секс – все для него восторг,
На все готов, она-то не готова –
Не к сексу, а к любви, на слово,
Какое снизошло б, как озаренье,
Всех упований высшее мгновенье!

               *  *  *
Как упоительны слова любви,
Запавшие мне в сердце, в сны мои!
Посмею ль отблагодарить свиданьем,
Чтоб страсть его нам не была страданьем,
До выяснений отношений вновь,
Отдаться не за деньги, за любовь?
Смешная мысль, а стало сразу легче.
О, как он рад был нашей первой встрече
Наедине, весь светел, весел, мил,
Как будто он меня всю жизнь любил.

                *  *  *
Он любовался мною, как художник,
Когда разделась я, попав под дождик,
Лишь в лифчике и трусиках представ,
Как я смела, наивна и проста!
Но так держалась я с ним с первой встречи,
Словечки всякие вставляя в речи.
И тут меня он удивил, сказав,
Всем хороша, а лучшее – глаза!

               *  *  *
Как свет весенний в небесах высоких
И в озере у берега в осоках, -
Из детства впечатленья о любви
Напоминают мне глаза твои.
Изгибы нежные телосложенья,
И рук, и ног пленительны движенья:

               *  *  *
Укладывается она в постель –
Вся грация, прекрасная модель, -
Как будто понарошке, очень мило.
Она ж не помнила, как это было,
В волненье действуя на страх и риск,
А милый все смотрел, как василиск.

               *  *  *
Объятья первые наедине,
Как на лугу, цветущем по весне,
Приноровиться как-то не дается
И вольно, и щекотно – все неймется,
И поцелуи словно невпопад,
И смех, ведь каждый несказанно рад!

               *  *  *
Утихомирившись слегка, глазеют
На груди, - скинуть лифчик я посмею, -
А он едва касается рукой,
Ошеломлен ее красой нагой –
От плеч и шеи до сосцов и пупа,
От счастья раскраснелась бы и лупа!
Они ж поцеловались – в одобренье,
Столь лучезарно это обозренье!

               *  *  *
Ах, что прекрасней, чем нежнейший бюст?
С ним не сравнится роз чудесный куст.
Но испытание не завершилось.
Пойти ли дальше, а? Спустить штанишки?
Переглянулись, вместе и взялись.
О, как смела! Самой себе дивись!
О, страх! Боится он взглянуть на кущи,
Пугающие чем-то, все ж влекущи.
Декабрь 2010 года.

                                       *  *  *
И вспомнилось - из юности нечаянно
Волненье, стыд до слез – всё было тайною:
Изгиб бедра и нежный, милый взор, -
Как укололся я шипами роз!

Раскрывши губы, ты манила пальцами,
Играя ими, как Киприда пяльцами,
Прелестными до счастья и угроз,
И я в ее сетях, как в буйстве гроз!

А дальше что? Всё кончилось разлукою
Утешенных волнующею мукою,
И всё забылось в череде ночей, -
Но вспомнилось сияние очей,

Ее очей, стыдливых и доверчивых,
Взошедших ныне, словно звезды, в вечности.
Как жизнь твоя прошла? Прости-прощай!
Коль взор сияет твой, там, верно, Рай!
20 сентября 2012 года.

Из новых стихотворений (январь 2011 года). Стихи без даты, возможно, еще не законченные.

             *  *  *
Я люблю, я не знаю кого.
В этом счастье мое, торжество.
Это все, чем живу я на свете
    В этой жизни и в смерти.

Я люблю солнца свет и мечту,
Не себя, я люблю красоту
Всех сестер моих, милых женщин,
    Распрекрасных и нежных…

            *  *  *
Мне нравится в тебе и нрав и внешность,
Веселость до отчаянья и нежность
В сиянии твоих прекрасных глаз,
Я целовала б их сто тысяч раз,
Когда бы лесбиянкой я предстала,
Но мне всей этой неги будет мало,
Как и тебе: ведь мы не без причин
Влюбляемся до одури в мужчин,
Родить мечтаем, как бывало в детстве,
А нам с тобою радость в нашем девстве!
4 января 2011 года.

              *  *  *
Ты чувственна, беспечна и мила,
С рожденья словно влюблена была,
    Зачата бурною любовью,
    Росла с ликующею кровью.
Природы уж тебе не превозмочь
И ты полна соблазнов, словно ночь
    Весенняя, в ярчайших звездах
    И в небе, и в далеких водах.

Ты жрица Афродиты и горда
Красой своей, желанною всегда.
    Глядишь на всех, полуодета,
    С улыбкой чувственной привета.
4 января 2011 года.

              *  *  *
- Поскольку я всего тебя люблю,
Могу поцеловать ту часть твою,
Что служит нам пленительною связью,
Влекущей нас взаимно к сладострастью?
- О, сделай милость… Если не смешно,
Как видели с тобою мы в кино…
- А ты закрой глаза, и я укроюсь,
Сойдясь с тобою, как ночной порою.
- О, Боже! Любишь ты кого? Меня ль?
Хотя и сладко, но чего-то жаль,
Ну, если бы все счастье, как за деньги,
Доступно всё. А как любовь и дети?
- Но я ж люблю всего тебя, как ты –
Меня, со всеми грезами мечты.
- Прости! В любви все благородны ласки,
Невинны, как твои сияют глазки.
4 января 2011 года.

             КИЛИ ХЕЙЗЕЛ
Красива ли? Но тело всем, на загляденье,
Обнажено и целомудренно движенье,
Изгибы туловища, позы – напоказ
Без тени чувственности, и сиянье глаз
Серьезно-вдумчиво, здесь чувствуется мера
И таинство, как будто явлена Венера,
В девичьем облике, прелестном и простом,
И с головою в ореоле золотом.

Забыв скандальной славы всякие эксцессы,
Представ с достоинством модели как принцессы,
Она легко взошла на первые места,
Желанна, вместе с тем высокая мечта.
Здесь тайна или шоу-бизнеса удача,
Иль Сфинкса здесь неразрешимая задача?

Обнажена, в полосках легкого белья,
Душой она сокрыта тайной бытия.
И, кажется, она вещает, как сивилла,
Без слов, всей негой женственности, нежно милой,
О счастье и утратах на стезе любви,
С беспечным вызовом на ложе страстных битв.
7 января 2011 года.

               *  *  *
Я помню взор, лучистый взгляд любви.
Он будит вновь волнение в крови.
И в сердце отзовется эта прелесть
Звучавшей в детстве задушевной песней.
Один лишь взгляд, как счастье юных дней,
Ее ль, мое ли, или жизни всей!
Один лишь взгляд…

                  *  *  *
Как в детстве я стыдился своего вниманья
К девичьей внешности, как тайного свиданья –
При мимолетных встречах, примечая всё:
Фигурку, шаг, изгибы тела и лицо, -
Все сокровенное угадывая будто,
Предчувствуя волнения любви, как чудо,
Как чудо постиженья женской красоты,
С тем рос, исполнен грез стыдливых и мечты
От взора, грации и нежного привета:
Переживанье красоты – любовь поэта.
7 января 2011 года.

                 *  *  *
Любовь твоя мне снится и поныне
Души моей в скудеющей пустыне.
Любовь твоя к другому, не ко мне,
А влюблены все были по весне.
Вниманья моего не избегая,
С другим в любовь безропотно играя,
Хотела ты еще со мной дружить,
По-настоящему вдруг полюбить.
Увы! Мы только подвели друг друга.
У школьного порога ждет разлука
Со всем несбывшимся до высших грез
И негой счастия девичьих слез.

               *  *  *
Откуда это счастие в крови?
У красоты, исполненной любви,
Влекущей нас…

                *  *  *
Весенних дней очарованье! Где вы? Где вы?
И рифма стариною отзовется: - Девы!
И волшебством поэзии былых времен,
Как на заре в разливах красок небосклон

                 *  *  *
О, девушка! Ты благородством роста
От жизни получила все так просто.
Вниманием ничьим не обойдена,
Ты всем желанна, юная жена!
Но счастья словно нет на белом свете
И чаще думаешь о ранней смерти:
Как хорошо уйти во цвете лет,
Исчезнуть на заре, как солнца свет.
Нас не было на свете и не будет.
Какое это счастье жить, о, люди!
И, думая о смерти, хорошеть,
Как девушка, любви и счастья весть!
14 января 2011 года.

                   *  *  *
«Ах, что такое нега?!» - прозвучал вопрос.
И знойный день, шиповник с лепестками роз
Вдруг вспыхнули истомой лени и желаний,
И луг, где всюду видел я места свиданий,
С тропинками, которым не было конца,
И с красной лилией, расцветшей для венца.

Да, помню я из детства, что такое нега:
Весною раннею – фиалка из-под снега,
Со скорым в поднебесье торжеством весны,
И грезы о любви, томительные сны…
И нега страсти – как она пылала в теле,
Но только нежность счастием была на деле.
Я знаю: нега – это сладость, что во мне,
А нежность просится, как музыка, вовне!
14 января 2011 года.

            ПЕНЕЛОПА КРУС
     (после просмотра фильма «Возвращение»)
Фигурка и походка – до смешного худо;
Лицо ж неповторимо тонкое, как чудо
Девичьей прелести и детской простоты,
Явления мечты и женской красоты,
С достоинством ума и воли до отваги
Звезды ли Голливуда иль испанки.

                  *  *  *
Цветы и женщины – чудесные мечты,
Природы образцы любви и красоты.

                  *  *  *
Ничем не примечательна особа!
Чем взор мой привлекла к себе особо?
В зеленой шапочке, зеленый шарф,
В пальтишке до колен – какой же шарм?
Шаг в сторону, чуть поднимая ноги,
Все дело ведь в неровностях дороги,
Преодоленье трудностей влечет,
Как будто к бегу, это уж полет.
Шаг твердый, с грацией, ну да, похвальны,
А в чем тут тайна? Ноги сексуальны,
С рожденьем красоты из ничего -
И в шаге женском жизни торжество!
12 января 2011 года.

           ХОР НИМФ
(из трагедии «Орфей и Эвридика»)
О нимфа с именем! О, Эвридика!
     Твоя пурпурная туника
          Сияет, как цветок,
     Любви и красоты исток.
     Любовью одарив поэта,
     Ты счастлива; ты им воспета
     За прелесть, ум и красоту
И юности извечную мечту
     О счастье в неге сокровенной
     И жизни вдохновенной.
     Что ж, Эвридика, ты грустна?
     Иль жизнь уходит, как весна,
     Как звук, уж отзвеневший в лире,
          Тебя не станет в мире?

     АНДЖЕЛИНА ДЖОЛИ
(после просмотра фильма «Турист»)
Черты лица неправильны, но это
Как блики неги золотого света,
С улыбкой превосходства красоты,
С наивным утверждением мечты
В динамике чуть сжатых губ, с усмешкой,
Что светится в глазах особы дерзкой.

       НИКОЛЬ КИДМАН
Любовь, успех – для Золушки все чудо,
С замужеством за принца Голливуда.
Провинциалки свежесть, как мечта
И сокровенной силы красота.
Любовь к стране в просторах океана,
Что новизна в актрисе, сердца тайна,
Залог ее дерзаний и побед -
И юности возвратной чистый свет.

                               ИРИНА ШЕЙК
                       С признаньем в мире самой сексуальной,
С оценкой, ныне уж совсем банальной,
Предстала взору моему впервые
Простая, как сто тысяч из России.
В краях иных в погоне за мечтой
Взошла ты сокровенной красотой.

Краса купальников, не очень хитрых,
Из моря ты выходишь с ликом Фрины.

Фигурка, бюст – почти что, как у всех;
И в чем тут тайна и ее успех?
А вот лицо ее все совершенней
И мысль в глазах сияет нежной песней.

Хотя и тело совершенно, но лицом
Из волн выходит совершенства образцом
Чистейшей прелести, припомним для примера,
И чистой красоты, ну, как сама Венера.

          *  *  *
Любовь, она есть всегда,
Я знаю, даже тогда,
Когда и не сыщешь на свете,
Ищи ее в девичьем сердце:
Она там свила гнездо
С начала времен, так давно,
Как льется в девушках кровь,
И в сердце стучит: Я - Любовь!

           *  *  *
Любовь - как жизнь твоя в детстве
И нежность в девичьем девстве,
Веселье и грусть через край
И слезы, увы, невзначай

            *  *  *
Нет ничего прекрасней женских глаз!
Взглянула искоса и всякий раз
С улыбкой нежной, с искорками смеха,
Как с пожеланьями успеха.
И звезд небесных краше и милей,
Невинность женских глаз, как у детей.
В них нега и участье
И обещанье счастья!

           *  *  *
Хочешь любви, так люби.
Нет отказу любви.
Но люби меня долго,
Как течет Волга.

            *  *  *
В сиянье небес на закате
И в звездах ночи мелькает
С улыбкой твоей, как заря
В полнеба все ярче горя,
Твой нежный, пленительный абрис,
Любви моей символ и адрес!
Люблю, я люблю, я кричу,
Вослед за тобою лечу!
Нас двое на все мирозданье –
Вот это свиданье!

             *  *  *
Да я отдамся: что меня убудет?
Ведь ныне наплевать, что скажут люди.
В почете не любовь, а секс,
Когда все наспех и на смех,
Так похоти тяжелой бремя
С души и скатится на время,
И так легко струится кровь,
Как счастье жизни и любовь!

           *  *  *
Душа моя, целуй, целуй!
И получай мой поцелуй,
Расставя шире ноги
Вчерашней недотроги,
Вся трепет и испуг,
Что сотворяет друг,
Столь ласковый, нахальный,
По сладости похвальный!

           *  *  *
В объятиях сплетаются тела,
Эрота сладостны дела.
Целуясь нежно, входит пенис,
И, пенясь, запевает песни
Пещера потаенных грез
Из слез и алых роз.

            *  *  *
Мужчины жаждут секса,
Как счастья и успеха,
А женщина - любви,
С истомою в крови,
Вся в жажде восхищенья
И жизни возрожденья.


    СТИХИ ОТОВСЮДУ

              *  *  *
А за окном, о, счастье невзначай,
Цветет, как праздник лета, иван-чай!
И память сердца о весне далекой,
О синеглазой, черноокой -
В малиновом сиянии сердец
Надежда юности, ее венец.

Любви моей малиновое пламя
Трепещет негой дышащее знамя
Над лугом с разноцветьем трав,
С росой, сверкающей с утра,
Как жемчуга и бриллианты,
Игра природы с нами в фанты.

                       Надежда юности, ее венец
                       В малиновом сиянии сердец…
                       Там словно водят хоровод на свадьбе
И вдоль дорог, и на усадьбе,
Сошедшей уж давно на нет,
Но расцветает жизни юный цвет!

Цветы, как феи грез и упований,
Они же феи встреч и расставаний.
О, пламя светло-розовой мечты!
О, нега женской красоты!
Там кисть Кипренского играет
С сияньем солнца на закате.
2010-2011

           *  *  *
Хочу любви. Что делать?
Хочу любви всё детство.
О чём все помыслы мои:
Хочу любви, хочу любви -
Поют живые струны...
Хочу любви всю юность.
В венке из красных роз
Хочу любви до слёз.
И в радости, и в грусти
Хочу, хочу быть лучше
И с пламенем в крови
Сгораю я в любви.
Ведь мы того достойны,
Любви певуче-знойной.

                                      *  *  *
Прелестна поневоле и на диво
В всезнании своем красноречива
Ей не хотелось думать о любви,
Но говорить с волнением в крови…
Певучий голос, словно в песне,
Всё в мире делает чудесней!

              *  *  *
В чем прелесть женщины, кто знает,
Когда здесь сокровенное, как тайна,
Нас манит с детства, обещая рай
Неведомого счастья невзначай?

               *  *  *
Подросток с милым женским взором
Смеется шаловливым вором,
Беспечно весела,
Тонка и гибка, как ветла.

В улыбке нежной полураскрыты губы,
А там алмазами сверкают зубы,
Несметные сокровища любви,
О, счастье юное в крови!

             *  *  *
Тонка, стройна, что гибкая лоза,
И негой мысли полные глаза,
Что кажется иссиня спелой сливой,
Продолговатой, и такой красивой,
Когда и радость - мука, как любовь,
Волнующая, словно море,  кровь.

             Х о р  г е т е р
      (Из трагедии «Перикл»)
      О, Афродита! Мать Эрота,
           Тебя влечет охота?
          Блистает негой взор
          В лесах, на склонах гор.
     Ты гонишься всерьез за зайцем,
          Как будто бы за счастьем
                  Любить
                  И жить!
     О, нет! Адонис, сын царя на Кипре,
     Прекраснейший из смертных в мире,
      Тебя влечет, тобой любим,
                  И с ним
      Ты дни проводишь на охоте,
      А ночи в скромном гроте,
              В пещере нимф,
Где таинства любви ты сотворяешь с ним,
          Счастливейшим из смертных,
          В объятьях и устах отверстых...
          Но юность, как весна,
          Лишь лучезарна и нежна;
И страстью пылкой утомлен, уходит
          Адонис на охоту.
Вся счастием любви упоена,
      Богиня грезит, и весна,
              Подобно чуду,
              Цветет повсюду.
                (Пляшет.)
          Адонис, как цветок,
          Поет любви исток
              В лесных пенатах,
          И вторит хор пернатых.
    И вдруг пред ним, как вражий стан,
    Возник косматый зверь - кабан.
         Он рад сразиться: "Ну-ка!"
     Увы! Увы! Достать ни лука,
               Ни верных стрел
                Он не успел.
         И, сбитый, весь в крови
     Исторг последний вздох любви.
     Примчались отовсюду нимфы,
         И Афродита с ними,
         Как бедная жена,
         И плачет с ней весна.
            (Пляшет.)

       АЙШВАРИЯ РАЙ
Айшварья смотрит удивленно,
Иль с восхищеньем и влюбленно,
Сама дивясь своей же красоте,
Как в пласке с пеньем и в мечте.

Тип красоты знакомый вроде,
Присущий женственности по природе
Европы, Азии, но в ее очах
Вся Индия сияет в сладких снах.
4 августа 2011 года.

                *  *  *
Природа, мир, в котором вырос ты,
Всегда с тобой, как детские мечты
И грезы о любви и о призванье,
О чем ты вопрошал все мирозданье,
В его глубины мыслью уносясь,
Как будто в яви, или в смертный час.
Бывало, я летал в небесной бездне,
Душою возносясь, как в песне,
Что пела в поднебесье вся страна,
И расцветала и зимой весна
Мелодией любви и дерзновенья,
Сей жизни чудные мгновенья!


                            ЛЕДА И ЛЕБЕДЬ

                                    *  *  *
Мне хотелось лебедем плавать в пруду,
Будто здесь я желанного жду.
Будто он мне приснился, красавец,
Белоснежное, дивное счастье!

Он предстал, как бы с неба, в зеркале вод,
Ослепительное божество!
И поплыла я вдруг, как в воде или в небе,
С ним сама белоснежная лебедь.

              *  *  *
И была бесконечна любовь,
Как ликует сладостно кровь
В детстве милом беспечно
Или в юности нежной предвечно.

Весь в усильях, со взмахами крыл,
Унося меня в высь, он любил,
С негой дивной, как сладкою песней,
И истомы такой нет чудесней.

Ночь была, уже утро и новый день,
А ему все не лень
Приставать ко мне с лаской,
Как ребенок, украдкой.

Лебедь в Леду влюблен,
Все смеются, счастлив и он,
Уносясь в горделивом веселье
Высоко в поднебесье.

Но свиданья тайной покрыты,
Леда в облике Афродиты
Предается ласкам страстной любви,
С негой муки и счастья в крови.

                                    *  *  *
Вдруг с приметами таинств зачатья
Понесла лебединые яйца,
Как свершившая грех,
Ей на горе и на смех.

Лебедь яйца чуть тронул клювом,
И младенцы оттуда - так любо,
Дар любви и божества,
Миг земного торжества.

Лишь Эрот рассмеялся лукаво,
Разыграл Зевса снова, и слава
Осенила его, с вожделенной мечтой:
Миром правит любовь с красотой.

                 *  *  *
В кустах, в сиянье вод укромного пруда
Мелькнула ослепительная нагота
Царицы молодой, супруги Тиндарея,
И Зевс унесся к ней, с любовью лицезрея
    Красу и негу женщины земной,
    Истомой сладкой напоенной в зной.
    Он лебедем возник в сиянье света,
    Величия исполнен и привета.
Среди других отличен, с ней уединился,
    На ласки отвечая, как влюбился,
Внушая и желанья, и священный страх,
    Когда уж любишь и не знаешь как,
    А он уже владеет ею, с мукой,
    Как с песней лебединой, пред разлукой.

               *  *  *
Речная ль ширь несется непрерывно,
Бушуя здесь, а там вдали столь мирно,
Сияя лучезарно до небес,
И словно на плаву луга и лес…



« | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | »
Назад в раздел | Наверх страницы


09.11.16 К выборам президента в США »

04.11.16 История болезни »

01.11.16 Банкротство криминальной контрреволюции в РФ »

19.10.16 Когда проснется Россия? »

10.10.16 Об интервенции и гражданской войне »

09.10.16 О романе Захара Прилепина "Обитель". »

07.10.16 Завершение сказки наших дней "Кукольный тандем". »

03.10.16 Провал сирийской политики США »

18.08.16 «Гуманитарная война» Америки против всего мира »

05.08.16 Правда о чудесах »

Архив новостей

Наши спонсоры:


   Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Copyright © "Эпоха Возрождения" "2007, Петр Киле, kileh@mail.ru  
Все права защищены