C:\Users\Henry\AppData\Local\Temp\F3TB8F9.tmp\ru_index1.tpl.php Петр Киле. "Таншаньское землетрясение" в РФ. / Эпоха возрождения


Эпоха Возрождения - это вершина, с которой мы обозреваем мировую культуру в развитии, с жизнью и творчеством знаменитых поэтов, художников, мыслителей, писателей, композиторов, с описанием выдающихся созданий искусства.
Новости Города мира, природа. Дневник писателя. Проза Лирика Поэмы Собрание сочинений Приложения. Галерея МОДЕРН_КЛАССИКА контакты
В истории человечества не было веков без вспышек ренессансных явлений.
Опыты по эстетике ренессансных эпох,
а также
мыслителей, поэтов
и художников.
Ход мировой
истории под знаком Русского
Ренессанса.
Драмы и киносценарии о ренессансных
эпохах и личностях.
Стихи о любви
Все о любви. Стихи и эссе. Классика и современность.

 

 

Феномен

ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ АЛЬМАНАХ

№ 4 (16) Октябрь-Декабрь 2010 года.

"Таншаньское землетрясение" в РФ.

 Фильм «Таншаньское землетрясение» (КНР, 2010) о трагических событиях 1976 года, слышно, пользуется огромным успехом в Китае, но его нет в прокате в РФ, что, увы, тоже знаменательно.

Эстетика китайского фильма и современного российского кинематографа в полном соответствии с господствующей идеологией в сфере искусства противоположны. В РФ эйфория уничижения и юродства привела кинематограф к коллапсу, что власти не сознают.

В начале фильма «Таншаньское землетрясение», первые кадры о жизни перед землетрясением, унесшем сотни тысяч жителей, это 70-е годы, явно проступает эстетика, хорошо нам знакомая по российским фильмам о жизни в СССР, все упрощенно, виды неказистых домов и улиц, телефон в доме - новинка, - бедно, мол, жили.

И тут еще стихийное бедствие колоссальной силы. Отец и мать с ночной работы прибегают к дому, где спали их дети - мальчик и девочка, все вокруг рушится, дети проснулись, в окна видят родителей, и они - их, мать бросается к ним, муж отбрасывает ее в сторону и сам бежит к дому, который обрушивается.

На обломках трехэтажного дома мать роется в поисках детей, она слышит их голоса, и они тоже, но руины лежат так, что если попытаться вытащить одного, другой будет раздавлен; мать, разумеется, умоляет мужчин спасти обоих, но те сами ищут своих и уходят; наконец, она говорит мужчине: «Спаси сына!»

Приходит армия, город сверху представляет зрелище, как после взрыва атомной бомбы над Хиросимой. Трупы, трупы, девочка лежит рядом с отцом, вдруг она оживает, поднимается на ноги среди мертвых тел, идет, казалось, она вне себя, ничего не помнит, но потом выяснится, что она слышала и помнила слова ее матери: «Спаси сына!» Она уходит из города, ее подбирают военные, муж и жена, удочеряют ее. Она называет свое имя, но о семье говорит, мол, ничего не помнит.

Спустя 10 лет мы видим мать с повзрослевшим сыном без кистей одной руки, девушку в новой семье, с заботами юности об учебе, о любви. Еще 10 лет и нынешнее время - 2008. Сын, начав работать рикшей, все же доучился и преуспел, предлагает матери купить ей квартиру, но та не соглашается, она живет в их старом доме с неизбывным чувством вины перед дочкой. Она же училась на врача, жила в общежитии, в это время умерла ее приемная мать; забеременев от студента, который предлагает ей сделать аборт, она исчезает из его жизни и жизни приемного отца, который в поисках дочери находит студента и бьет его по лицу со словами: «Как ты мог с ней так поступить!»

С этого момента в фильме проступает новая эстетика, внешне где-то похожая на голливудскую, совершенно противоположная эстетике и идеологии современного российского кинематографа, но соответствующая непрерывному поступательному развития Китая, с пафосом жизнеутверждения, несмотря на повторное землетрясение, уже с гораздо меньшими разрушениями и жертвами, на руинах которого встречаются брат и сестра и узнают друг друга. Она прилетела из Канады, где жила, выйдя замуж за канадца, растит сына, она врач.

Встреча матери с дочерью - одна из лучших сцен. Она видит дочь в окно, но не выбегает к ней, она лепит пельмени, хотя руки ее трясутся; брат приводит сестру в их комнату в восстановленном некогда доме с фотографиями на стене отца и маленькой сестренки, уголок, где поминают усопших. Мать входит, опускается на колени перед дочерью, но не просит прощения, ведь с тем, что она выжила и не давала о себе знать 32 года, ситуация изменилась, она укоряет дочь и радуется ей.

Жизнь в Китае разительно изменилась: ни политические, ни стихийные бедствия не прерывали поступательного развития большой страны, а лишь ускоряли.

И это в те же годы, как с распадом СССР, РФ, приобщаясь якобы к демократии и свободе, пребывает в условиях грандиозного землетрясения, с убылью населения до миллиона ежегодно в течение 20-ти лет, а власти твердят о «стабилизации» и «модернизации», преуспев лишь в модернизации производства смерти.
©  Петр Киле




Предыдущий выпуск | Архив | Наверх страницы


Наши спонсоры:


   Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Copyright © "Эпоха Возрождения" "2007, Петр Киле, kileh@mail.ru  
Все права защищены