Эпоха Возрождения - это вершина, с которой мы обозреваем мировую культуру в развитии, с жизнью и творчеством знаменитых поэтов, художников, мыслителей, писателей, композиторов, с описанием выдающихся созданий искусства.
Новости Города мира, природа. Дневник писателя. Проза Лирика Поэмы Собрание сочинений Приложения. Галерея МОДЕРН_КЛАССИКА контакты
В истории человечества не было веков без вспышек ренессансных явлений.
Опыты по эстетике ренессансных эпох,
а также
мыслителей, поэтов
и художников.
Ход мировой
истории под знаком Русского
Ренессанса.
Драмы и киносценарии о ренессансных
эпохах и личностях.
Стихи о любви
Все о любви. Стихи и эссе. Классика и современность.

 

 

Феномен

ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ АЛЬМАНАХ

№ 4 (36) Октябрь-декабрь 2015 года

Петр Киле РОССИАДА Ренессанс-сюита Презентация

V

                     1
Село Болдино. Комната в барском доме. Пушкин за столом то быстро пишет, то задумывается, помахивая гусиным пером, то вскакивает, заговаривая сам с собой.

П у ш к и н. Я уехал, рассорившись с госпожой Гончаровой. На следующий день после бала она устроила мне самую нелепую сцену, какую только можно себе представить. Она мне наговорила вещей, которых я по чести не мог стерпеть. Не знаю еще, расстроилась ли моя женитьба, но повод для этого налицо, и я оставил дверь открытой настежь. Ах, что за проклятая штука счастье! (Громко.) Никита!
Н и к и т а (заглядывая в дверь). Слушаю я тебя.
П у ш к и н. Ты ходил за почтой?
Н и к и т а. Ходил. Почта не приходила нынче.
П у ш к и н. Там кто-то проехал. Сходи-ка еще раз.
Н и к и т а (закрывая дверь). Иду.
П у ш к и н (продолжая  расхаживать). Я  написал невесте, что если ваша матушка решила расторгнуть нашу помолвку, а вы решили повиноваться ей, - я подпишусь под всеми предлогами, какие ей угодно будет выставить, даже если они будут так же основательны, как сцена, устроенная ею мне вчера, и как оскорбления, которыми ей угодно меня осыпать. Быть может, она права, а неправ был я, на мгновение поверив, что счастье создано для меня. Во всяком случае вы совершенно свободны; что же касается меня, то заверяю вас честным словом, что буду принадлежать только вам, или никогда не женюсь. (Принимается чистить ногти). От добра добра не ищут. Чёрт меня догадал бредить о счастье, как будто я для него создан. Должно было мне довольствоваться независимостью... В тот же день выехал я из Москвы. В довершение всего, на первой же станции слышу о холере, охватившей Нижегородскую губернию. Повернуть назад - куда? Опасность охлаждает мне голову, как ушат воды. Нет худа без добра. Едва добираюсь до Болдина, как оказываюсь в системе карантинов. Самое время завершить замысел маленькой трагедии «Пир во время чумы». (Возвращается к столу, проговаривая).

      Есть упоение в бою,
      И бездны мрачной на краю,
      И в разъяренном океане,
      Средь грозных волн и бурной тьмы,
      И в дуновении Чумы.

      Всё, всё, что гибелью грозит,
      Для сердца смертного таит
      Неизъяснимы наслажденья -
      Бессмертья, может быть, залог,
      И счастлив тот, кто средь волненья
      Их обретать и ведать мог.
            
   Стук в дверь.
    
 Кто там? Не сама ли Смерть?
 Н и к и т а (входя). Письмо долгожданное.
П у ш к и н. От кого?
Н и к и т а. Думаю, от невесты. Попахивает девичьей.
П у ш к и н. А ты прав, Никита! От нее. (Читает.) Прелестное письмо. (Целует бумагу.) Она любит меня и согласна выйти замуж даже без приданого, из-за которого, расстроив немалое имение, и беснуется госпожа Гончарова. Очень мило! Я буду счастлив?
Н и к и т а. Если от холеры убежишь.
П у ш к и н. Да, по дороге до Москвы в 500 верст из-за одних карантинов можно околеть.
Н и к и т а. Лучше отсидимся. Здесь пока спокойно.
П у ш к и н. И, кстати, поработаем? Ты прав. Иди.
Н и к и т а. Ты бы не скакал на лошади где попало.
П у ш к и н. Не бойся. В степях чисто.
     
Никита уходит. Поэт садится к столу меж двух окон и, глядя на вечернее солнце, задумывается. Сияние света усиливается, из него проступают музы.
 
                  Х о р  м у з
       Слыхали, он решил жениться.
                Ужель остепениться?
                Когда поэт влюблен
       И грустью светлой упоен,
       И нам, и смертным в радость,
И мука тут, пожалуй, в сладость.
Но слава не убережет от клеветы,
       Когда невеста - чудо красоты.
                1-я  м у з а
Поэт! Цени же красоту. Влюбляйся.
Всегда в том много всем добра выходит.
Жениться думаешь зачем, скажи?
                   П о э т
Я человек, как все. Не стар еще.
Но также уж не молод. Дом. Семья.
О счастии помыслить мне нельзя?
                2-я  м у з а
Поэт! Ужели счастие в женитьбе?
                3-я  м у з а
Поэт! Вулкан женился на Венере.
Вопрос: а знал ли счастье бог-кузнец?
                   П о э т
О, да! Познал он счастье и какое!
Всю тайну счастья, коль Амур зачат.
Но вечно быть счастливыми не могут,
Как видно, даже боги. Что же делать?
Я понимаю вас. Резоны все,
Какие есть - и за, и против, я
Все высказал себе. Когда б невесту
Увидеть вам...
               1-я  м у з а
                          Мы видели ее.
                  П о э т
Когда? И где же?
               1-я  м у з а
                                На балу в Москве.
                  П о э т
Ах, это были вы! Три девы в масках.
                2-я  м у з а
Ведь вся Москва собралась поглядеть
На вас, поэта и его невесту.
                3-я  м у з а
И впрямь то было зрелище чудное.
                   П о э т
Как если бы сатир явился с нимфой?
Что ж делать? Нимфа - чудо красоты.
Сатир смешон и безобразен, боже!
                1-я  м у з а
Но он влюблен и жаждет счастья он,
Хотя в него давно ничуть не верит.
                  П о э т
Но невозможное возможно, если,
О, музы милые, я - Мусагет!
               2-я  м у з а
Уныния уж нет в помине. Браво!
                 П о э т
А что же на балу произошло?
Ужели волшебство?
               1-я  м у з а
                                     С живой картиной
«Пигмалион и Галатея»?
                  П о э т
                                                Да!
Прекрасная, как статуя, стояла
Она, немая, словно неживая.
Богов молил я, как Пигмалион,
Колени преклонив пред красотою,
Вдохнуть в сей мрамор душу всю мою,
Забывшись вовсе, где я нахожусь.
                2-я  м у з а
Все отошли от вас и лицезрели,
Как в галерее чудную картину.
                3-я  м у з а
Свершилось несомненно превращенье.
Ведь красота - лишь форма и закон,
Душа - энергия ее, как Эрос.
Вот красота осмыслилась любовью.
                1-я  м у з а
Прекрасным там предстал и Мусагет.
                2-я  м у з а
Но тут две старшие сестры вошли
В картину. Молоды, красивы, но
Не рядом с младшей, бесподобной днесь.
                3-я  м у з а
И тут поднялся смех; мать обозлилась
И увезла всех дочерей своих.
                  П о э т
Виня во всем меня и вас, о, музы.
Я постигал любовь и красоту.
И вдруг померкло все вокруг, и шепот
Разнесся, глупый и зловещий... Я
Не мог понять, что ж это приключилось?
О, музы милые, иль волшебство?
Но чудо налицо:  она мне пишет,
Что любит, выйдет замуж за меня
И без приданого. Как мило, правда?

     Стук в дверь. Музы исчезают.
     
Н и к и т а (заглядывая в дверь). Забыл сказать, сосед ваш, как бишь его, сбирался заглянуть. Кажись, он едет.
П у ш к и н (сердито). Его мне не хватало. Коня сейчас же к заднему крыльцу. (Выбегает вон.)

 В предзакатных лучах, просиявших ярко, за окном вьются снежинки и проступают музы.                   
                   
                 Х о р  м у з
Поэт в деревне заперт и доволен,
         Как скачет по степи на воле.
Уж выпал снег. В работе пребывает он.
     А как роман? Он ныне завершен.
Татьяну в высшем петербургском свете
           Онегин снова встретил
           И не узнал, - мила, проста,
           В ней просияла красота,
           Живого совершенства мета,
           Иль светлый идеал поэта.
Отвергнув некогда ее любовь,
           С остывшею душою, вновь
           Онегин к жизни возвращен;
           В Татьяну ныне он влюблен.
Он любит тяжко, как на гору
Сизифов камень катит, взору
Его повсюду предстает она,
           Прелестная жена.

Проведши зиму, как монах в молитвах,
           Иль бедный рыцарь в битвах,
Посланье он Татьяне шлет,
Ее письма обратный перевод.
Ответа нет. Он к ней за приговором.
Его встречают милым, нежным взором
           И речью дивной, как представить:
           «Я вас люблю (к чему лукавить),
           Но я другому отдана
           И буду ввек ему верна».
Герой, как громом пораженный,
Горящий весь и восхищенный,
           Остален на беду свою,
           У бездны на краю.
     
Дверь открывается, входит Никита с охапкой дров; он затапливает печь и выходит. Ранние зимние сумерки. Вбегает поэт, прислушиваясь к чему-то. В отблесках огня по комнате проступают музы, звучит «Реквием» Моцарта.

                 П у ш к и н
Кто там? Сальери собственной персоной?
А Моцарт где?
                 1-я  м у з а
                            Его играешь ты.
               П у ш к и н
Чтоб выпить яд? О, нет! Его ж я знаю.
Посланник нидерландский и барон
Геккерн. Старик веселый, вездесущий.
Рядился ряженым однажды с нами.
Забавный он однако забияка.
И он Сальери злобный? Что ж, пускай.
                Х о р  м у з
          Сальери, преуспев в карьере,
Не то, что Моцарт, простодушный гений,
          Дружил с ним в странной вере,
          Что гений тож, не без сомнений;
          Но, хуже, тягостна и зла,
Как нечисть, душу зависть жгла.
          В часы обычного досуга
          Обедать пригласил он друга
          И яду примешал в вино,
          Решив, что все равно,
          Нет правды на земле и выше.
Но «Реквием» звучит, и слышишь,
                  Как в вещих снах,
          Гимн Правде в небесах.
                 П у ш к и н
О, Моцарт! Нищим ты покинул мир,
Чумой охваченный несносный пир,
          С душою детски-женской,
Беспечный друг гармонии вселенской.

      Проносятся звуки «Реквиема» Моцарта.

                       2
Петербург. 4 июля 1834 года. Кабинет поэта. Пушкин просматривает корректурные листы. За дверью голос Никиты: «Барин никого не принимает». Женский голос: «Пусти, Никита! Разве не узнаешь меня? Пушкин! Пушкин!» Входит Елизавета Михайловна Хитрово.

               П у ш к и н
       (вскакивая навстречу)
Сударыня!
      Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
                    Простите, милый Пушкин!
Сейчас из Царского Села я еду.
Жуковский шлет письмо.
                 П у ш к и н
                                             Здесь два письма.
      Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
А вам смешно?
                  П у ш к и н
                            Жуковский не охотник
До писем; сожалею, что заставил
Его столь потрудиться, вас привлекши,
К тому же, к делу.
     Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
                                  Ах, о том ли речь!
                  П у ш к и н
Я - как медведь на цепи; стоит мне
Шаг сделать в сторону, на волю, тотчас
Находят новый повод для острастки,
Из ссылки в ссылку шлют за строчку вздора
Об атеизме да в письме приватном;
Берутся за рогатину друзья,
Боясь, меня пристрелит мой хозяин,
Коль буду на свободе я, как все.
     Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
На юге с графом Воронцовым вы
Поссорились, и государь покойный
Сослал в именье матери, ко благу
Для вашей музы...
                 П у ш к и н
                                 Да, с отцом едва
Не испытал я нового несчастья,
Похуже, чем гонения царя.
     Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
Но вы с отцом ведь помирились, Пушкин.
               П у ш к и н
Моя женитьба помирила нас.
Теперь же новая напасть. Однажды,
Еще весной, отец мой посылает
За мною; нахожу его в слезах,
А мать в постели, в доме беспокойство, -
Имение описывают, долг
Скорее надо заплатить. Однако
Уж долг заплачен - управитель пишет!
О чем же горе? Нечем жить до лета,
До осени. В деревню ехать. Не с чем.
Что делать? Надобно именье в руки
Мне взять, отцу назначить содержанье.
Все новые долги - и хлопоты.
Тогда мне выйти бы в отставку, чтобы
Имением заняться, сократить
Расходы. Только, как нарочно, должность
Придворную мне дали - камер-юнкер,
Что не по летам, в бешенство я впал,
Жуковский успокоил, об отставке
Не смел я и помыслить...
       Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
                                          Государю
Вас надо было сразу в камергеры
Пожаловать.
                 П у ш к и н
                         Да это все равно.
Среди юнцов иль старцев красоваться
На смотрах и приемах при дворе -
Мое ли дело и призванье в мире?
Но только проявил я непокорность,
Сыскали повод для острастки, вскрыв
Письмо к жене; и царь не погнушался
Прочесть отрывки из него, - зачем?
Без политической свободы можно,
Пожалуй, жить, но произвол подобный
Не хуже каторги, та лучше даже.
Вот подал я прошенье об отставке,
Ссылаясь на семейные дела.
Не должен был вступать я снова в службу.
      Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
Быть может, и жениться, Пушкин, а?
Я думала всегда, что гений может
Лишь в независимости устоять
И развиваться только среди бедствий,
Пусть повторяющихся поминутно.
                П у ш к и н
Прекрасно сказано. Уж бедствий хватит
На мой недолгий век. Ну а жениться?
Зависимость семейственная нас
Не делает ли нравственными боле?
Зависимость иная, что приемлют
Из честолюбия или нужды,
Нас унижает. Смотрят на меня
Они теперь, как на холопа. О,
Опала легче мне презрения.
Ведь я, как Ломоносов, не хочу быть
Шутом ниже у господа у Бога.
      Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
Ах, милый, умный Пушкин, как же быть?
                П у ш к и н
Жуковский мне твердит - и в письмах то же,
Прошенье взять обратно, повиниться, -
Да в чем? Идти в отставку, если это
Необходимо в силу обстоятельств,
Для будущей судьбы всего семейства
И моего спокойствия - какое
Тут преступление? Неблагодарность?
      Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
Царь огорчен, однако он грозится:
Все будет кончено меж вами.
                 П у ш к и н
                                                  Значит,
В архивы доступа не будет мне.
Да напишу «Историю Петра»
По матерьялам собранным, немалым,
В печать не пустят, к пустякам придравшись,
Как с «Медным всадником», - в убыток мне.
      Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
Послушала я вас, и сердце сжало.
Боюсь, Жуковский в ваше положенье
Не входит, как и царь, в кругах придворных
Мишурное сиянье застит всем глаза.
А что родители?
                 П у ш к и н
                              В деревню едут.
Имение на грани разоренья.
А тут жена решила привезти
Сестер своих, что в девах засиделись,
Во фрейлины устроить во дворец
Иль выдать замуж.
     Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
                                    Новые заботы.
                 П у ш к и н
Письма его величеству не стану
Писать я, как Жуковский мне велит.
Ведь чувствую себя пред ним я правым.
Лишь отзову прошенье об отставке;
Мне легче легкомысленным прослыть,
Конечно, чем неблагодарным. Воли
Мне не дадут под тем, иным предлогом.
      Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
В душе моей зашевелился ужас.
Боюсь, и ваша милая жена
Не ведает, в каком вы положеньи
Нежданно оказались, - без исхода,
Как Прометей, прикованный к скале.
                 П у ш к и н
Вы дочь Кутузова - язык, характер -
Воистину!
      Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а
                    Ах, обо мне ли речь!

Пушкин целует Елизавете Михайловне руку, она его в лоб.

                    3
Санкт-Петербург. Квартира, которую снимает Арсеньева Елизавета Алексеевна, бабушка Мишеля, где и он живет, приезжая из Царского Села, места службы. Половина Мишеля: кабинет и гостиная.

              МИШЕЛЬ
    (входя к себе с половины бабушки, весь в движении)
Вчера я встретился с Катрин Сушковой
Нарочно, чтоб узнать, что сталось с нею
За пять прошедших лет с последней встречи,
Как отроком расстался, весь в слезах,
Любовью уязвленный и обидой,
Что надо мной она лишь посмеялась.
    (Расхохотавшись.)
Влюбленностей и далее хватало,
Ну, и стихов в альбомах, как игра,
Уже без слез, с обманами на равных,
Как вдруг среди кузин моих явилось
Созданье тихое, как вечер ясный,
Блондинка черноокая, что ночь,
С сиянием полуденного неба,
С овалом нежным милого лица,
Со стройным станом, с грацией живой,
Как бы замедленной слегка от неги.
        (Задумывается.)
Перед разлукой объяснились мы –
И оба утаили наше счастье,
Как дети, от родных – тому два года!
      (Входит в кабинет, оставляя дверь открытой.)
Покамест я решил с Катрин расчесться
И, кстати, прояснить ее расчеты
На друга моего Лопухина,
Которого легко ей облапошить.

Входит Святослав, высокого роста молодой человек, мог бы выглядеть красавцем, если бы не поношенный сюртук.

          СВЯТОСЛАВ
Ну, как прошел твой первый бал в мундире
Гусарском? Хорошо?
             МИШЕЛЬ
          (расхохотавшись)               
                                        О, безусловно!
На новичка кто б обратил вниманье?
С твоим бы ростом, с грацией красавца!
Я знал, увижу там Катрин Сушкову.
Я с нею танцевал, начав с кадрилей,
Мазурку, непрерывно с ней болтая,
И был замечен всеми, о, успех!
Она из львиц, слегка уж перезрелых,
Но это мне и надо для начала.
Лопухина она не очень ждет,
Готова пококетничать со мною!
Что ей мундир гусарский? Я хорош?
          СВЯТОСЛАВ
Хорош ты тем, что смотришь на нее
Особым взглядом, трогая ей сердце,
И блещешь остротой ума и шуток.
Ты новичок и тем хорош для дам.

Входит Шан-Гирей, юноша из родственной семьи, приехавший из Москвы в Петербург в этом году, ученик Артиллерийского училища.

             МИШЕЛЬ
 (не обращая вниманья на Шан-Гирея как на младшего братца)
Катрин мне нравилась когда-то. Очи,
Что называется, чернее ночи…
           ШАН-ГИРЕЙ
Катрин Сушкова? А Лопухина?!
Глаза, что спелые смородинки…
             МИШЕЛЬ
И родинка у ней, уродинки…
           ШАН-ГИРЕЙ
Смеется, словно маленький еще!
    (Представляет, как дети к ней приставали, а она лишь смеялась с ними.)
«У Вареньки родинка;
Варенька – уродинка!»
    (Выпрямляясь и всерьез.)
Нет восхитительней девицы
В первопрестольной и столице!

      Мишель, расхохотавшись, выходит, услышав голос бабушки.

Вы помните ее, Лопухину?
          СВЯТОСЛАВ
Испанскую монахиню, о, да!
          ШАН-ГИРЕЙ
Ну, это образ из поэмы «Демон».
А знаете стихи, ей писанные?
          СВЯТОСЛАВ
Какие-то… Ну, можете прочесть.
          ШАН-ГИРЕЙ
Она не гордой красотою
Прельщает юношей живых,
Она не водит за собою
Толпу вздыхателей немых.
И стан ее не стан богини,
И грудь волною не встает,
И в ней никто своей святыни,
Припав к земле, не признает.
Однако все ее движенья,
Улыбки, речи и черты
Так полны жизни, вдохновенья,
Так полны чудной красоты.
Но голос душу проникает,
Как воспоминанье лучших дней,
И сердце любит и страдает,
Почти стыдясь любви своей.
         СВЯТОСЛАВ
Не знал я. Из московских, из последних,
Когда меня там не было уже?
         ШАН-ГИРЕЙ
Мы случайно сведены судьбою…
Мы себя нашли один в другом,
И душа сдружилася с душою:
Хоть пути не кончить им вдвоем!

Так поток весенний отражает
Свод небес далекий голубой,
И в волне спокойной он сияет
И трепещет с бурною волной.

Будь, о будь моими небесами,
Будь товарищ грозных бурь моих;
Пусть тогда гремят они меж нами,
Я рожден, чтоб не жить без них.

Я рожден, чтоб целый мир был зритель
Торжества иль гибели моей,
Но с тобой, мой луч-путеводитель,
Что хвала иль гордый смех людей!

Входит Мишель с видом человека, который хорошо поел.
 
              МИШЕЛЬ
Ну, что за вздор я нес, заглядываясь
На Вареньку, небесное созданье!
        (Заторопившись одеться.)
Иду на бал здесь близко, за два дома.
Катрин с сестрой живет у тетки там.
Еще не знаю, примут ли меня.
            ШАН-ГИРЕЙ
Мишель переменился, повзрослевши,
Играя роль буяна и бретера,
Да в отношеньи женщин, - не смешно ли?
           СВЯТОСЛАВ
Гусарская бравада со султаном.
Иль рыцарь пробудился в нем: Лерма?
Как в письмах стал подписываться чаще.
Пока не наиграется, увы!

     Мишель с хохотом уходит.

                     4
Дом Беклешовых. Маленькая гостиная. Катрин и Лиза, полусонные, усталые после двух балов сряду, в неглиже читают новый роман французской писательницы М.Деборд-Вальмор «Мастерская художника».
Марья Васильевна среди домашних и самых близких знакомых играет в карты в большой приемной, куда быстро входит Мишель, по своему обыкновению, со шумом сабли и шпор.

             ЛИЗА
        (рассмеявшись)
Мишель!
            КАТРИН
        (просыпаясь)
                Ну, это вздор!
             ЛИЗА
                                          Ты слышишь звон?

Доносится голос Марьи Васильевны: «Мои племянницы в той комнате».

    В гостиную входит Мишель.

             КАТРИН
       (с изумлением)
Как это можно – два дня сряду в гости
Врываться, не бывавши прежде здесь!
И вам не отказали?
            МИШЕЛЬ
           (смеясь)
                                Я настойчив –
Во власти цели пламенных желаний
Увидеть вас едва дождался ночи,
Как светом просияли ваши очи!
И вот у ваших окон я стою,
Как под звездой, которую люблю,
С ее сияньем в синем небосклоне,
Путеводительницы всех влюбленных!
              ЛИЗА
Так это речь? Иль мадригал?
            МИШЕЛЬ
                                                   А что?
              ЛИЗА
Я запишу.
             МИШЕЛЬ
                   Скорее эпиграмма.
Да я забыл, о чем хотел сказать.
             КАТРИН
Но как же приняла вас тетка? Боже!
Она могла вас выгнать со скандалом,
Как человека невоспитанного,
Без всякого понятья о приличьях.
            МИШЕЛЬ
Ну, я-то думаю, весьма воспитан;
Во всяком случае, для вашей тетки,
Которой ведь нет дела до меня,
Но у меня богатая родня.
И вот я принят – лучше невозможно:
Допущен в девичью, как в детстве было,
Я рос среди кузин меня чуть старше
И их подруг, готовых посмеяться
Над отроком, влюбленным не на шутку.
             КАТРИН
Мишель! Злопамятны вы здесь напрасно:
То свойство девушек на выданье
Трунить над юными, в отместку старшим,
Оттачивая ногти для защиты.
            МИШЕЛЬ
Да, с Сашенькой, моей кузиной, вы
Немало посмеялись надо мною.
О, Лиза, я влюблен, они смеются –
Но как? Я ем, глотая что попало,
Привык я с детства к лучшему столу,
Я ем и много, говорят, прожорлив.
Да просто я весь занят не едою,
Но впечатлениями бытия!
А мне они подали пирожки
С опилками – нарочно, ради смеха!
               ЛИЗА
И что? Вы стали есть с опилками?
             МИШЕЛЬ
        (расхохотавшись)
Ну да! А вкусно приготовил повар.
Я б съел с десяток – шутки ради, если б
Проказницы не испугались сами!
             КАТРИН
Так вы не сердитесь, Мишель?
            МИШЕЛЬ
                                                        О, нет!
Без ваших издевательств и капризов,
Уж верно, я бы поглупел от счастья,
Как друг, обласканный судьбой и вами.
Нет, этой участи не пожелаю.
По мне лишь горести питают дух…
Роман французский…  М. Деборд-Вольмар.
        (Листает.)
Следы ногтей здесь всюду… Чьи?
             КАТРИН
                                                           Мои!
             МИШЕЛЬ
Позвольте мне прочесть…
             КАТРИН     
                                                Следы ногтей?
С условием заметки к ним оставить.
             МИШЕЛЬ
Угадывая ваши помышленья,
Я испишу всю книгу по следам…
          (Бросая книгу.)
Хотите, вам я погадаю в карты?
             КАТРИН
Ну, кроме шуток, вряд ли что и выйдет.

Лиза выходит в большую приемную, прослышав новые голоса.

            МИШЕЛЬ
Но по руке гадаю лучше я.
Вот дайте руку мне, увидите!
             КАТРИН
Ну, хорошо. Вот вам моя рука…

Мишель разглядывает младенчески нежную ладонь барышни молча. Воцаряется тишина.

Ну, что же?
             МИШЕЛЬ
                      Лучезарная рука!
О, прелесть! Обещает много счастья
Тому, кто будет ею обладать
И целовать ее самозабвенно…
И потому воспользуюсь я первым!
    (Целует с жаром руку в раскрытую ладонь и пожимает ее.)

Катрин выдергивает руку и, раскрасневшись, убегает в другую комнату.

              КАТРИН
       (не находя себе места)
Ах, что случилось? Поцелуй внезапный,
Случайный и запретный, но какой!
Не поцелуй, а молнии удар –
Среди зимы сквозь иней на стекле,
И трепет, и волненье до стыда,
Душа ж моя ликует от восторга,
Как от любви по матери моей
Я, исстрадавшись, радовалась ей!
(Замечает, что держит правую руку ладонью вверх с ощущением соприкосновения жгучих губ, словно поцелуй длится, с проникновением до самого сердца.)
А вместе с тем досадно до обиды,
Ведь это же измена, вероломство,
Моя измена, с вероломством друга…
Что сделал он? Невинный поцелуй?
Мечта ребенка обернулась страстью,
Которой я мгновенно предалась
И счастлива впервые непомерно!
              ЛИЗА
  (заглядывая к сестре)
Ах, что случилось? Ты уединилась?
А где Мишель?
             КАТРИН
      (серьезна и задумчива)
                              Его и не было,
Я думаю. Я просто размечталась
До наваждения, до поцелуя…
             ЛИЗА
Что прячешь ты в руке? Кольцо? Подарок?
             КАТРИН
      (раскрывая слегка ладонь)
Подарок нежности и страсти – видишь?
               ЛИЗА
Да, что с тобой? Не сходишь ли с ума?
И что ж он нагадал тебе?
             КАТРИН
   (жмурясь словно от яркого света)
                                         Любовь!
О чем мечтала с детства, как о счастье;
О чем лишь грезила, оно пришло!
               ЛИЗА
Мишель в любви признался?
             КАТРИН
                                                    Я не знаю.
Но в старину говаривали так:
Стрела Амура угодила в сердце!
      (Держит правую руку ладонью вверх.)

                    5
Дом Беклешовых. Маленькая гостиная  и комнаты барышень. Лиза и Катрин, веселая и рассеянная.

                ЛИЗА
Тебя не узнаю… Ах, что случилось?
              КАТРИН
Ужели так заметно?
                ЛИЗА
                                     Да, заметно
У девушки, невинности лишенной,
Свобода женственности проступает,
Как ощущенье счастья или раны.
              КАТРИН
         (испуганно)
Откуда все ты знаешь?
                ЛИЗА
                                         В институте
Бывали всякие истории.
              КАТРИН
Уверена, со мною все в порядке.
Но я люблю, впервые я любима,
И это счастье наполняет душу
Сознанием себя, как личности,
И женской гордостью, я не одна!
                ЛИЗА
С Мишелем объяснились вы? И что же?
В отставку выйти он сейчас не может.
Здесь все неверно, знаешь ты сама,
Кого играет из себя Лерма.
А верен Лопухин с его богатством,
Чему нужна красивая оправа.
              КАТРИН
Когда бы я кокеткою была,
Я б вышла замуж за Лопухина,
А он, Мишель Лерма, пусть пишет стансы
Во честь мою, и любит, и ревнует?
           (Пугаясь, про себя.)
Так он погибнет на дуэли… Боже!
 
Из большой приемной слышны голоса. Лиза выходит, пропуская Лопухина к сестре.

АЛЕКСИС (смущенно). Позвольте мне сразу спросить… С кем вы танцевали мазурку?
КАТРИН (рассеянно). С Мишелем Лерма.
АЛЕКСИС (с изумлением). Опять!
КАТРИН. Что «опять»? Да, и опять, и опять. Разве я могла ему отказать?
АЛЕКСИС. Я не об этом говорю; мне бы хотелось наверное знать, с кем вы танцевали?
КАТРИН. Я вам сказала.
АЛЕКСИС. Но если я знаю, что это неправда.
КАТРИН (краснея от досады). Так, стало быть, я лгу. Поразительно!
АЛЕКСИС. Я этого не смею утверждать, но полагаю, что вам весело со мной кокетничать, меня помучить, развить мою ревность к бедному Мишелю; все это, может быть, очень мило, но некстати, перестаньте шутить, мне, право, тяжело; ну скажите же мне, с кем вы забывали меня в мазурке?
КАТРИН. С Мишелем Лерма. Или как его  по-настоящему, с Михаилом Юрьевичем Лермонтовым.
АЛЕКСИС (теряя окончательно терпение). Это уж чересчур! Как вы хотите, чтобы я вам поверил, когда я до двенадцати почти часов просидел у больного Мишеля и оставил его в постели крепко заснувшего!
КАТРИН. Ну что же? Он после вашего отъезда проснулся, выздоровел и приехал на бал, прямо к мазурке.
АЛЕКСИС. Вы смеетесь надо мной?
КАТРИН. Только не я. Скорее всего это ваш друг.
АЛЕКСИС. Пожалуйста, оставьте Мишеля в покое. Я прошу вас назвать вашего кавалера; заметьте, я прошу, я бы ведь мог требовать.
КАТРИН (вскипает). Требовать! Какое же вы имеете право? Что я вам обещала, уверяла ли вас в чем-нибудь? Слава богу, вы ничего не можете требовать, а ваши беспрестанные вспышки, все эти сцены до того меня истерзали, измучили, истомили, что лучше нам теперь же положить всему конец и врозь искать счастия. (Уходит из гостиной в кабинет.)

Лопухин, раскланиваясь, сбегает к выходу.

             КАТРИН
            (у себя)
О, Боже! Что ж я натворила это?
Какой ни есть, пред ним я виновата.
Я оттолкнула счастье верное
Любимой быть, богатой, знатной – ради
Фантома ненадежного любви,
Всего лишь призрака!

     Лиза заглядывает к сестре.

                                        Мишель уж здесь?
                ЛИЗА
Да, очень странно. Никогда не вместе,
Но друг за другом, как по очереди
Условились с тобою здесь встречаться.
              КАТРИН
Друзья, а здесь сошлись бы, как враги
В соперничестве, скоро и дуэль.

Выходят в гостиную, где их ожидает Мишель. Лиза оставляет их одних.

              МИШЕЛЬ
Ты ангел!
               КАТРИН
                 Ты доволен? Я рассталась
С Лопухиным, как ты того хотел.
               МИШЕЛЬ
          (с искренним сожалением)
Ты можешь пожалеть. Пока не поздно,
Исправить: необдуманный поступок
Для бедной сироты, как ни крути, -
Блестящая какая партия!
Окутана шалями, как принцесса,
Обсыпана вся бриллиантами,
Воссела б в свете ты на пьедестале…
                КАТРИН
Я поступила так по убежденью,
А главное, по вашему желанью.
               МИШЕЛЬ
Моя любовь не может заменить
Богатство, роскошь, знатность и успех.
                КАТРИН
Надеюсь, может заменить все блага.
               МИШЕЛЬ
Но у меня дурной характер, знаешь,
Я вспыльчив, зол, завистлив и ревнив;
Служить я должен, заниматься много,
Тебе ж придется с бабушкой моей
Все время проводить…
                 КАТРИН
                                       В заботах, мыслях,
Ты знаешь, о тебе, Мишель!
                МИШЕЛЬ
                                                  Прекрасно!
Я счастлив, я любим! А Лопухин?
Он добр, я зол, богат он, я же беден.
Я не прощу ни тени сожаленья…
Теперь же время не ушло, и я
Еще могу вас помирить, поверьте,
И быть на вашей свадьбе шафером!
                КАТРИН
Мишель, вы были искренни сейчас.
И я вас полюбила искренно,
А значит все, с Лопухиным конец.
               МИШЕЛЬ
Мне жаль его, и грустно, и тоска.
           (Раскланиваясь, уходит.)

                    6
Москва. Дом Лопухиных. Половина родителей, где теперь поселился Алексис, единственный сын-наследник. Из половины сестер к брату входит Варенька (Варвара Александровна Лопухина). Лопухин, дремавший на диване, приподнимается.
 
            ВАРЕНЬКА
Что там с тобой случилось, я не знаю.
Мишель писал Марии об интриге,
Затеянной с Катрин Сушковой, чтобы,
Ну, якобы тебя спасти от брака
И ради мести за свои страданья.
             АЛЕКСИС
Меня не посвящал в свою игру,
А разыграл со всеми наравне.
Так я прослыл глупцом полнейшим,
Как и Катрин кокеткой недалекой.
Мишель же сам искусным Дон-Жуаном,
Срывающим у светских женщин маски
По странной злости именно на них.
            ВАРЕНЬКА
        (после длительного молчания)
Есть тайна в наших отношеньях с ним.
И я боюсь теперь с ним новой встречи.
             АЛЕКСИС
Тебя испанскою монахиней
Он рисовал, себя же почитая
За Демона?
            ВАРЕНЬКА
                    Ну, это по поэме.
Перед разлукой поклялась ему:
«Не буду я принадлежать другому».
              АЛЕКСИС
Едва ли помнит он. По крайней мере,
Лишь посмеется. Хохот, только хохот
Я слышал от него. И с ним смеялся
Всему на свете, над святынями,
Утратив тут же счастье и любовь.
             ВАРЕНЬКА
Все детство вы всегда навзрыд смеялись.
Ну, значит, мало повзрослели оба.
          (Решаясь.)
Ты рано или поздно женишься.
Мне надо выйти замуж вовремя,
Чтоб, как Мария, не остаться здесь
В чужой семье. Прости!
              АЛЕКСИС
                                            А как Мишель?
             ВАРЕНЬКА
Нет, разыграть меня уж не удастся
Мишелю. Лучше я сыграю с ним
В игру, какую он не вынесет, -
А это смерть или замужество
Мое, хотя бы за Бахметева!
              АЛЕКСИС
Ха-ха! Вот первое, что ты услышишь.
Он рад прослыть злодеем, падший ангел.
             ВАРЕНЬКА
Он, злобой уязвленный, не забудет
Меня уж никогда – ни на земле,
Ни в небесах, отверстых в час вечерний,
Когда ему призналась я в любви.
              АЛЕКСИС
Да, он такой! Вот и возмездие
Грядет от ангела небесного.
Я посмеюсь еще ему в глаза,
Как он смеялся в полном упоенье
Своею удалью и озорством,
Играя чувствами людей вокруг,
Как если бы писал он в жизни пьесу.
Развязку уж нашел – и хохотал,
Со мной прощаясь, весел, как гусар,
Каким предстал он предо мной.
             ВАРЕНЬКА
          (рассмеявшись)
                                                         Чудак!
     (Пошатнувшись, поспешно уходит.)

 



« | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | »


Предыдущий выпуск | Архив | Наверх страницы


Наши спонсоры:


   Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Copyright © "Эпоха Возрождения" "2007, Петр Киле, kileh@mail.ru  
Все права защищены